Как и сказал Шип, главная улица Дальнего Поста была всего лишь грязной дорогой, чуть шире других грязных дорог, и ездили по ней чуть чаще. Твёрдые доски приземистых уродливых зданий, стоявших по обе стороны от дороги, скреплялись лишь ржавыми гвоздями и полным пренебрежением к безопасности. В отличие от большинства мест Диких Земель, в которых побывал Танкуил, в Дальнем Посту не было стен – Д'роан разбирался в своей провинции с бандитами в обмен на грабительские налоги. И хотя народ этому не очень-то радовался, но всё равно платил. Лучше заплатить, чем рисковать попасть под гнев лорда и обнаружить, что тот же самый человек, который тебя защищает, обчищает тебя до нитки.
Люди выглядывали на крылечки своих домов, магазинов и местного борделя. Танкуил и команда Шипа вышли из таверны не первыми, и им пришлось проталкиваться на свободное место на крыльце таверны, хотя вид Шипа и Сузку, возвышавшихся над всеми, заставлял большинство народу слинять в поисках местечка поспокойнее.
Ночь была светлой, светили бессчётные звезды и луна размером едва ли не с солнце. У каждой двери висели бессмысленные фонари, не дававшие почти никакого дополнительного света, но люди их всё равно вывешивали. На свет слетались насекомые, и Танкуил предположил, что ради этого их и вывешивают.
По центру улицы медленно, спокойно и никому не угрожая, шла одинокая фигура ростом с Шипа и одетая в длинную, толстую, чёрную робу. Лицо полностью скрывали тени. Вокруг фигуры сновали вооружённые стражники, которые грозили оружием, приказывали человеку остановиться и назвать своё дело, или развернуться и уйти. Фигура продолжала молчать и не останавливалась.
– Не понимаю, почему стражники так напуганы, – сказал Танкуил.
– Люди не любят неизвестного, арбитр, – громко сказал Шесть Городов. Он так сделал, подозревал Танкуил, чтобы все вокруг знали, что тут охотник на ведьм. Возможно, такое знание кого-то и успокоит, но Танкуил так же подозревал, что из-за этого всё могло стать и куда хуже.
– А ещё люди не любят людей в робах, – сказала Генри. – Нервничают из-за них.
Фигура в робе продолжала идти, направляясь точно вдоль улицы, и казалось, будто весь городок вышел посмотреть. Один из стражников, самый храбрый или самый глупый, бросился вперёд перед фигурой, размахивая коротким ржавым мечом. Он глянул под капюшон, резко споткнулся, бросил меч и со всех ног умчался прочь. Храбрый глупый стражник не остановился, пока не скрылся из вида, а фигура в мантии продолжала идти.
Танкуил и команда Шипа наблюдали, как из борделя вышел величественный мужчина в выцветшем мундире цветов семейства Д'роанов и уставился на идущую фигуру.
– Капитан стражи, – с презрением сказала Генри.
Танкуил посмотрел на маленькую убийцу.
– Он уже внушает мне уверенность.
Генри рассмеялась, и заговорил Шип.
– Этот бесполезный болван может попробовать драться, а может попробовать найти добровольцев. В любом случае, думаю, мы тут пару монет заработаем. Парень в мантии идёт так, будто знает, чего хочет.
– С чего ты взял, что это "он", – проговорила заплетающимся языком Рилли, покосившись на фигуру на дороге. – Много ты знаешь, эт, блядь, может оказаться и деваха.
Шип даже не взглянул на пьяную девушку.
– Единственная известная мне женщина такого роста померла в Хостграде, и если Мертвоглазая вернулась из могилы, то наверно нам придётся поверить, что и сам ад следует за ней.
– Стой! – крикнул капитан стражи, не приближаясь к фигуре в мантии. – Я сказал, СТОЙ!
Танкуил отметил, что один ботинок мужчины расшнуровался, а на его щеке виднелось пятно от женской помады. У него был прямой нос, как лезвие ножа – свидетельство недостатка опыта, по мнению Танкуила, – и редеющие волосы, зализанные назад. Старый меч, который, вероятно, вынимался лишь для церемоний, стучал в ножнах на боку, а ремень, на котором он висел, был расстёгнут.
– Ставлю две монеты на робу, – сказал Танкуил.
Чёрный Шип хрипло рассмеялся. Человек в робе остановился и посмотрел прямо на них.
– Хорошо, – сказал капитан стражи и оглянулся на собравшихся горожан. – Сим приказываю вам назвать ваше дело.
Человек в мантии поднял руку и указал в сторону команды Чёрного Шипа. Шип молча шагнул вбок, и палец последовал за ним.
– Наш друг? – спросил Бен Шесть Городов.
Шип фыркнул.
– Думаю, все друзья, что у меня есть, по эту сторону пальца.
– Тогда враг?
– Их у меня немало. Большинство не стало б утруждаться тыкать в меня, или в мою сторону уже летел бы клинок.
– Цвета этого безумны, – сказал сзади Сузку. – Я вижу кружащийся вихрь эмоций без конца и без ограничений.
Некоторое время все молчали.
– Философская херня, – пробубнила Рилли.
Капитан стражи посмотрел в их сторону.
– Таверна? Что ж, тогда всё в порядке. Мы здесь не любим проблем, так что пока…
