- Ну, нам-то чего бояться? - Клу перешел в почесывании от затылка к спине, используя для удобства посох.
Хэдж хмыкнул:
- Ты знаешь, у нас и у двери могут быть разные представления о тупости.
Клу недоверчиво хмыкнул, перестал чесаться и обратился к двери:
- А скажите, многоуважаемая, как вы определяете, кто достоин войти, а кто нет?
- Войти могут все, но выйти дано только избранным, - раздался ответ.
Сыщики синхронно поежились. За порогом их, судя по всему, ожидали какие-то очередные неприятности. А это не внушало особого оптимизма. С разной нечистью они привыкли общаться старым, как мир, способом: дубиной между глаз, а потом - по ситуации: либо ногами добить, либо извиниться. С дверью было сложнее: глаз не наблюдалось.
Губы двери распахнулись еще шире.
- Готовы ли вы пройти испытание, о величайшие или ничтожнейшие?
- Не нравится мне этот юношеский максимализм, - буркнул Клу.
Дверь явственно поперхнулась.
- Мне кажется, - вздернул брови Хэдж, - что все зависит от результатов этого теста. Пройдем - будем величайшими. Не пройдем... Ну, сам понимаешь.
Клу обреченно махнул рукой и шагнул вперед. Хэдж последовал за ним.
Дверь издала глотающий звук, и приятели оказались в полной темноте.
Минуты три прошли в полном молчании. Глаза Хэджа потихоньку начали привыкать к царившей вокруг тьме и он даже различил смутный силуэт Клу. Хэдж прокашлялся и пробормотал:
- Ну, и что мы тут стоим? Где вопросы?
Клу неопределенно пожал плечами. В голове его крутились самые невероятные варианты загадок, которые им могла предложить дверь. Судя по ее возрасту, головоломки в нее были запрятаны какие-то совсем уж древние. Клу впервые в жизни пожалел, что не уделял должного внимания разному бумажному старью вроде "Трех тысяч занимательных задач для пытливых отроков" или "Хитрых присказок дядюшки Бурла". Нет, как-то, в далекой юности, он попытался открыть эти книги в тот момент, когда читать было уже совсем нечего. Но продравшись через первые страницы, написанные тяжеловесным древним языком, махнул на эту затею рукой.
Вообще, всякие задачки вызывали у Клу неимоверное раздражение. Он был свято уверен, что любую проблему можно решить двумя способами: или сломать, или плюнуть на это дело. В нынешней ситуации ни первый, ни второй вариант не подходили. Оставалось уповать на нестандартное мышление Хэджа, однако судя по задумчивому сопению последнего, того тоже одолевали невеселые мысли.
Клу раздраженно хрустнул костяшками пальцев и грозно посмотрел в темноту. Неизвестно, поняла дверь эти недвусмысленные намеки или просто ей надоело молчать, но она наконец издала заунывное мычание.
Хэдж встрепенулся.
- Это уже начались загадки? - Спросил он.
- Ну конечно же, - язвительно ответил Клу, поглаживая навершие посоха. - Сейчас она заставит нас угадывать, какому пернатому принадлежат эти звуки.
- Пернатые не мычат, - мрачно покосился на него Хэдж.
- Как это? - Возмутился Клу. - А птица касамбах?
Хэдж озадаченно заткнулся. Он впервые слышал такую породу птиц. Дверь, судя по всему, тоже.
- Нет такой птицы, - неуверенно заметила она.
- Есть! - Упрямо возразил Клу. - Она живет в болотах Дальнего Предгорья, несет яйца раз в три года и пожирает чужих детенышей.
- Такая птица называется ахнут-тадык, - фыркнула дверь.
Хэдж мысленно пожелал ей удачи. Возможно, ее энциклопедические знания могли смутить какого-то случайного путника, но только не Клу. Однажды тот запальчиво спорил с Хэджем по поводу того, что у женщин на одно ребро больше, чем у мужчин, ссылаясь при этом на одну малоизвестную рукопись. По забытой легенде, Творец очень не хотел создавать еще кого-то после того, как в шутку сделал мужчину. Но тому был категорически необходим собутыльник, а Творец дважды на одну тему не шутит. Пришлось немного потягать Создателя за бороду, в результате тот сломал мужчине ребро да так, что ни о каком срастании и речи быть не может. Если бог что-то ломает, он ломает на совесть, будьте уверены!
Из осколков ребра Творец хотел сделать небольшую ограду в своем огороде, но непредусмотрительно оставил их на солнышке подсохнуть. И тогда мужчина сам решил создать себе компаньона. Но поскольку этот процесс требует вдохновения, мужчина часто прикладывался к бутылке. В результате и получилась женщина.
Хэдж настолько проникся этой легендой, что срочно побежал на улицу проверять, действительно ли разнится количество ребер у него и представительниц прекрасного пола. Однако незнакомки очень уж резво отбрыкивались от попыток какого-то нетрезвого хулигана, который пытался содрать с них платья. В результате Хэдж провел несколько часов под присмотром стражей порядка, пока в кутузку за ним не явился Клу, недолго вычислявший, куда могло занести его приятеля. На поиски Клу толкнуло отнюдь не человеколюбие. Ему просто тоже не хватало собутыльника.
В общем, дверь не знала, с каким занудой столкнулась. Когда Клу заговорил, его голос дрожал праведным гневом профессора, которого уличил в невежестве школяр-первогодка.
- Ахнут-тадык - это не птица! - Клу раздраженно стукнул кулаком о ладонь. - Это земноводное! Кстати, вымершее.