— Из тридцать седьмой? — переспросила она. — Это вы что-то путаете, тридцать седьмая на первом этаже, однокомнатная, там Клавдия Васильевна живет, она совсем старая уже, почти не выходит. Мы с ней одновременно заселялись. И никакой Юхновой там никогда не было, у Клавы фамилия «Попова», и она всегда одна жила, у нее и нет никого из родни.
Ну все правильно. Именно это и пришло в голову Орлову вчера вечером, когда он обратил внимание на странные совпадения в материалах дела.
— Может быть, вы помните Александра Бежицкого из пятьдесят седьмой квартиры? — задал он очередной вопрос, уже предполагая заранее, какой именно ответ услышит.
— Это какой же этаж? — Дама задумалась, что-то подсчитывая. — Седьмой, получается? Нет, с седьмого этажа я вообще никого не знаю. Забыть не могла, на память пока не жалуюсь. Значит, не знакома была.
— А вот это очень хорошо, что вы на память не жалуетесь, — оживленно заговорил Орлов. — Посмотрите, пожалуйста, эти фотографии: вам никто из этих мужчин не встречался? Может быть, кто-то из них приходил к Песковым?
Пожилая соседка нацепила на нос очки и внимательно рассмотрела все двенадцать снимков.
— Вот этот, — она уверенно показала на одну из фотографий. — Только здесь он намного моложе.
— Вы уверены?
— Совершенно уверена, — кивнула женщина.
— Но ведь столько лет прошло, — с сомнением заметил адвокат.
— Да почему же? — искренне удивилась та. — Всего полгода прошло. А память у меня хорошая, и зрение вдаль прекрасное, я очки только для чтения надеваю или вблизи что-то рассмотреть.
— То есть вы этого мужчину видели полгода назад?
— Именно это я и сказала. — Женщина поджала губы, очевидно обиженная тем, что кто-то позволил себе усомниться в точности ее сведений. — Незадолго до того, как Игорек уехал. Я их обоих видела на улице. Игорек из нотариальной конторы вышел как раз, а этот мужчина, только постаревший по сравнению с фотографией, стоял возле машины, ждал его. Игорь подошел к нему, а я дальше прошла, мне в магазин нужно было. Иду обратно — а они все стоят, разговаривают.
— Игорь вас видел?
— Ну а как же, я же мимо шла, поздоровалась с ним.
— О чем они разговаривали, вы не слышали, случайно?
— Вот чего не было — того не было, придумывать не стану. Обрывок фразы только слышала. Игорек как раз говорил что-то вроде «или девяносто третий, это без разницы, на ходовые качества не влияет». Я, помнится, тогда подумала, что они бензин обсуждают.
Поймав удивленный взгляд Орлова, она добавила:
— Что вы на меня так смотрите? Я до сих пор за рулем, у меня водительский стаж больше тридцати лет.
Да уж, подумал Орлов, если я правильно понял ситуацию, то неудивительно, что Екатерина Пескова только один раз попыталась найти у этой женщины прибежище во время скандала с мужем. С такой теткой нужную кашу не сваришь и лапшу ей на уши не навешаешь. Если бы можно было обойтись без ее показаний, то ее и в суд не вызывали бы. Но, похоже, обойтись было никак нельзя, она же собственными ушами слышала, как скандалят соседи.
Он поблагодарил зоркую и памятливую соседку, заручился разрешением обратиться еще раз, если понадобится, и отправился на седьмой этаж попытать счастья в квартире номер 57.
Дверь ему никто не открыл, и Орлов принялся методично прозванивать оставшиеся три квартиры на лестничной площадке. Наконец открылась одна из дверей. Серьезного вида бородатый мужчина, на вид — ровесник самого Орлова, был явно недоволен тем, что его оторвали от какого-то важного занятия.
— Бежицкий? В пятьдесят седьмой? Нет, не знаю такого. Там сейчас какая-то свистушка живет, ей богатенький спонсор эту квартиру купил.
— А до нее кто жил?
— До нее алкаши какие-то, муж с женой, спившиеся совсем. Квартиру привели в такое непотребное состояние, что спонсор ее почти год ремонтировал, прежде чем свою бабочку поселил.
— А до алкашей?
— Не скажу точно, когда я сюда переехал в начале двухтысячных, эти пьяницы уже здесь жили. Такую грязь разводили, такую вонь — не передать! Но я припоминаю, что иногда к ним участковый приходил, пытался призвать к порядку, и они ему кричали, что получили эту жилплощадь от своего завода еще при советской власти и никто не смеет им указывать, как им на этой площади жить. Вот что-то в таком роде. Но их фамилия была совершенно точно не Бежицкие. Не то Гришины, не то Грушины, но не Бежицкие.
Было видно, что бородатому мужчине не терпелось вернуться к своему прерванному занятию, потому что хотя он отвечал и довольно развернуто, но сам ни одного вопроса Орлову не задал. Ни кто такой этот Александр Бежицкий, ни для чего Орлов его ищет… А может, просто нелюбопытный, ведь такие люди тоже часто встречаются.
