Шагов через двадцать его окликнули:
– Сэр, если вам скучно, я могу порекомендовать отличное место для достойного отдыха достойного господина.
Пароль! Утром его произнесла неизвестная девица, передавшая записку, сейчас – вот этот молодой человек.
Аблемарл демонстративно, словно случайно возникшую диковинку оглядел собеседника. Одет небогато, но все же при шпаге, хотя и вовсе не боевой, как и у самого графа. Так, легкая тыкалка, их тех, что вошли в моду в последнее время. Они элегантно смотрятся, но малопригодны для серьезного боя.
– Меня интересуют лишь приличные заведения, для благородных господ, – ответил холодно, словно с трудом снизойдя до общения с этим выскочкой. Тем не менее отзыв был правильный, означающий, что агент готов к встрече.
– Уверяю, все так и будет. Прошу со мной.
Они шли недолго по широким улицам, но в сторону нижнего города, от которого всякий достойный лондонец старался держаться подальше. В конце концов свернули в кривой и мрачный переулок, куда сам Аблемарл ни за что бы не пошел, но сегодня он не видел причины для волнения.
В переулке молодой человек открыл неприметную дверь, вошел и пригласил спутника:
– Входите, прошу вас. Момент, я только зажгу свечи.
Граф огляделся. Самая обычная комната, типичная для приличных городских гостиниц, только с более высокими, чем принято, потолками. Внутри небольшая лестница, ведущая к аккуратной дощатой двери. Да, видимо, это и есть гостиница. А комнату хозяин специально сделал для гостей, не желающих проходить через общий зал. Ну да, вон и мебель не самая дешевая, и кровать, на которую запросто пятерых положить можно.
– Располагайтесь.
Юноша указал на стоявший у стены массивный дубовый стол и такие же крепкие стулья – хозяин, очевидно, предпочитал изяществу надежность. Над столом, у самого потолка, чернело незастекленное окно. В углу стоял закрытый на тяжелый навесной замок шкаф.
Взглянул на дверь, в которую они вошли, – такая же крепкая и уже закрыта на надежный засов. Если что, с улицы быстро сломать его ни за что не получится. Учтем.
Однако стол накрыт. Бутылка вина, бокалы, тарелки с фруктами и нарезанным мясом.
– С кем я буду разговаривать?
– Со мной, – ответил молодой человек. Даже слишком молодой – в дрожащем свете свечей он казался просто юношей. – Вас смущает мой титул или возраст? Позвольте представиться: виконт де Сент-Пуант. И поверьте, посылая меня, маркиз де Шутт думал прежде всего о вашей безопасности. Я отчитываюсь только перед ним, не связан ни с кем, кроме него. Фактически наша связь неуязвима. Итак, вы готовы к разговору?
– Деньги будете передавать тоже вы? – голос графа чуть потеплел.
– Как пожелаете. Могу я, можно их оставлять в условленных местах, возможно переводить в банк на любой удобный вам счет.
– Я бы предпочел получать от вас, не хочу зависеть от случайностей.
– Без проблем. Вот список вопросов, которые нас интересуют. Прочитайте, запомните. Когда можете подготовить ответ?
– Думаю, через три дня.
– Отлично! Значит, через три дня здесь же, в это же время. Деньги будут готовы на следующий день, получите их здесь же в любое удобное для вас время. А теперь предлагаю выпить за знакомство! Заодно оговорим способы связи и другие мелкие, но важные вопросы.
Когда Аблемарл ушел, де Сент-Пуант (да, уже вновь благородный виконт, а вовсе не безродный Шелдон), лег на кровать, с удовольствием скинув надоевшие за день короткие ботфорты. В комнате сразу стало душно, но молодого человека позднего средневековья это ничуть не смутило. Здесь к таким вещам люди привычные.
Гораздо важнее было обдумать ситуацию.
От трактира за ними никто не следил. В этом галлийский шпион был уверен. Они пришли без сопровождения, и ушел его гость в гордом одиночестве. Как так?
За Элис, кажется, пошли. Удалось ли ей уйти? Кто знает. Сигнал опасности он подал, не явившись в нужное время в нужное место. Остальное – в руках Спасителя.
Она рассказывала, что в нижнем городе легко оторваться от любой погони. Там нет улиц и переулков. Дома, лачуги, сараи и заборы ставил кто хотел и где хотел, лишь бы место не было занято до него. А если кем-то уже и было занято, то нового застройщика интересовал единственный вопрос – сможет ли старый хозяин отстоять свое право. Нет, вовсе не в суде, а в самой банальной драке. Там действовал один закон – закон силы, судьбы слабых не интересовали никого.
Потому все стремились сбиться в шайки, банды или даже гильдии, чтобы не остаться один на один со своими врагами в не знающем снисхождения и милосердия мире. Гильдии нищих и проституток, банды грабителей и убийц держались кучно, чтобы в любой момент дать отпор или, наоборот, выхватить кусок из рук ослабевших соседей.
Квартальные, вроде бы стремящиеся поддерживать хоть какой-то порядок, были просто-напросто главарями банд, безнаказанно обирающими тех, кто не смог или не захотел им служить. Не до конца, конечно – кто будет снимать с овцы шерсть вместе с кожей?
