— Да и для меня тоже многовато, — грустно сказала Лена. — Я прямо запала на «Рифейскую розу», но своих денег мне не хватило, а муж не проявил желания купить её для меня. Он вообще был против, чтобы я участвовала в аукционе. Сказал, что если результатом аукциона будет покупка у самих себя, это произведёт совершенно нежелательное впечатление. Так что моя мечта ушла Ольге Рязанской.
— Я надеюсь, что мне всё же удастся сегодня купить эту подвеску, — заметила Мария. — Дитрих, кстати, идею этой покупки тоже принял безо всякого восторга. Возможно, он и не выделил бы на это денег, но мне очень помогли вы, Лена.
— Я? — удивилась Лена. — Каким образом?
— Ваш дирижабль, — улыбнулась императрица. — Для императора он выглядит немного унизительно, если вы понимаете, что я хочу сказать. Императору надо показать дворянству, что он всё-таки не хуже ливонского барона и тоже способен подарить жене что-нибудь этакое.
— Насколько я знаю, вы собираетесь заказать и дирижабль, — напомнила Лена.
— Дирижабль всего лишь поставит нас на уровень барона, — засмеялась Мария, — а император всё-таки должен быть хоть немного, но выше. Ну а что касается «Рифейской розы» — разве для вас был какой-то смысл её носить? Мне говорили, что для сильных магусов она бесполезна — это не так?
— Это так, — признала Лена. — Как артефакт она для меня действительно бесполезна — это как раз и есть главная причина, почему муж очень неодобрительно отнёсся к моей идее её купить. Но она просто прекрасна. Если вам случится повстречаться с Ольгой Рязанской, вы поймёте, о чём я говорю. Однако ведь такой артефакт и для вас не особо полезен, Мария, мать мельком упоминала, что у вас на удивление хорошо сбалансированная биохимия — не хуже, чем у сильной Владеющей. Не думаю, что вы как-то страдаете от прыщей.
— Не страдаю, но биохимия всё-таки ничего не гарантирует, — кривовато усмехнулась Мария. — Переволнуешься и запросто на следующее утро обнаружишь здоровенный прыщ посреди лба и никакая биохимия здесь не поможет. У вас такого не случалось?
— Нет, — несколько смущённо ответила Лена. — У меня любой прыщ рассосётся раньше, чем успеет толком образоваться.
— Стало быть, у магусов с этим проще, — пожала плечами императрица. — А какая-нибудь обычная женщина вынуждена ходить с припудренным лбом и видеть насмешку в глазах придворных дам.
— Ничего не могу сказать насчёт обычных женщин, — сочувственно заметила Лена. — Но нужно быть полной идиоткой, чтобы смеяться над императрицей, даже будь она какой-нибудь дурочкой, чего про ваше величество уж никак не скажешь.
— Вы недооцениваете людской идиотизм, Лена, — вздохнула та.
— Так вот почему ты заменила полгода назад половину фрейлин, Мария! — осенило герцогиню. — Это много обсуждали в свете, но никто так и не понял причины.
— Мне просто не нужны идиотки при дворе, — пожала плечами Мария.
«А ведь императрица, скорее всего, эмпатка, — осенило Лену. — Возможно, слабая и, возможно, она сама этого не понимает, но чтобы правильно распознать чувства стольких людей, одной проницательности недостаточно». Впрочем, даже если императрица своих способностей не осознаёт, просвещать её Лена не собиралась.
— О, наконец-то речи кончились, — Мария обратила внимания на происходящее за окном и прижала пальцем мобилку, отдавая распоряжение поверенному: — Поднимайте понемногу, тысяч по пять. Когда цена приблизится к двумстам тысячам, я дам вам дальнейшие инструкции.
— Твёрдо настроена победить, дорогая? — улыбнулась ей герцогиня Альма.
— Зачем нужен муж-император, если ты даже не сможешь купить понравившуюся безделушку? — риторически вопросила императрица.
Дамы понимающе посмеялись и повернулись к окну, за которым ставки уже успели стремительно приблизиться к ста тысячам.
— Здравствуй, Кеннер, — приветствовал меня князь. — Давненько ты у меня не появлялся.
— Так дела к тебе никакого не было, княже, — объяснил я, уже привычно устраиваясь в кресле напротив. — И рассказать нечего было. Не ходить же к тебе просто так, отвлекать пустой болтовнёй?
— Да? А вот некоторые, не буду называть имён, так и ходят, уж и не знаю, зачем, — сказал князь с лёгким оттенком раздражения.
— Может, хотят просто о себе напомнить, — пожал я плечами. — Не очень умная затея, по-моему.
— Совсем неумная, — согласился князь. — Ну боги с ним, с этим, который без имён. Поговорим о тебе. Проводил гостей и хочешь что-то про них рассказать?
— Проводил, — подтвердил я то, что князь и без меня прекрасно знал. — Доклад вот написал, вот только не знаю — отдать его тебе в руки или просто в канцелярии оставить?
— Оставляй мне, я почитаю и решу, что с твоим докладом делать, — распорядился князь. — А сейчас своими словами расскажи.
— О персоналиях два интересных факта вскрылось: во-первых, семья герцога Баварского, оказывается, очень близка семье императора. Они усердно создают впечатление на публику, что у них если и не вражда, то куча противоречий, а на самом деле отношения у них именно семейные.
— Как понял? — заинтересовался князь.
