От выворачивающихся суставов, треска костей, неестественно изогнутых шей и явной боли от процесса не то чтобы подташнивает, но зрелище это так себе. Но вот проходит несколько мгновений и те двое, что были с порезами и переломом выглядят сейчас вполне себе здоровыми волками. Слишком здоровыми, в холке высотой доходя мне до груди. С огромными лапами, такими же головами и злющими, но всё ещё тупыми глазами.
А как не хотелось рвать платье…
Вздохнув, когтем я вспарываю ткань чуть ли не от пояса. Попрошу у Бенеша ещё одно. Если выживу. Потому что на животных мои ясновидческие способности не действуют, а, значит, придётся обойтись клыками и когтями. Жаль только, что пользоваться я ими не умею.
И эти о моём неумении, похоже, знают, потому что бросаются вперёд с довольными ухмылками. Все и разом.
А я готовлюсь преждевременно вернуться к бабке, но…
— Дорогая, я опоздал? — Насмешливый голос Бенеша слышно на всей немаленькой площадке.
И звук, с которым он играючи сворачивает шею ближайшему к нему оборотню, тоже слышен всем участникам бардака.
— Что ты, милый, как раз вовремя. Иначе убивать их пришлось бы мне.
— Ни за что, — улыбается князь тепло и легко, словно мы всё ещё в бальной зале. И идёт ко мне, откровенно наплевав на остановившихся напряжённых оборотней. — Тебя же потом останавливать придётся, а это задача гораздо сложнее.
— Я такая кровожадная? — даже обидно.
— Нет, я просто не захочу этого делать.
Несмотря ни на что, меня накрывает облегчением, и пальцы в ладонь Бенеша я вкладываю почти с радостью. Улыбаюсь ему. Чувствую нездоровую дрожь в теле и крепкое объятие, которым он прижимает меня к себе.
— Нам нужна только она, — хрипло отзывается один из оборотней.
— Не поверишь, мне тоже, — хмыкает Бенеш, отрывает от меня взгляд и переводит его на оборотней. — Проваливайте.
— У нас приказ. — Огромный чёрный волк справа от говорящего мотает лобастой башкой. — Мы не уйдём.
— Тогда я вам даже не сочувствую, — скучающе отвечает князь, встречается со мной глазами, ободряюще пожимает ладонь.
И бросается на оборотней.
— Ты уверена, что без этого никак? — подняв бровь, Бенеш смотрит, как я опускаюсь на колени перед трупом.
— Если бы ты оставил в живых хоть одного, обошлось бы без этого.
Я кладу руки по обе стороны от головы трупа, который только что был оборотнем. Закрываю глаза. Вдох, выдох.
— Они хотели тебя убить, я… забылся.
— Ты не поверишь, сколько нелюдей в этом городе хотели бы меня убить.
Оборотня звали Алоис и был он пятым ребёнком в семье. Недолюбленным, не оценённым и вот это всё. Поэтому, когда к нему обратились с предложением провернуть кое-что стоящее, Алоис даже думать не стал.
Я же говорила, мальчики были молодыми и глупыми.
— Почему? — Я не вижу, но чувствую, как Бенеш присаживается на корточки рядом.
Тем более что за это стоящее им предложили деньги, положение и власть. Слишком много предложили, но они не поняли. Повелись на красивые речи, а мозг отбило предвкушением наживы.
— Что почему?
Я отвлекаюсь на князя и теряю нить. Встряхиваю головой, возвращаюсь и отматываю на момент, когда к Алоису пришёл другой оборотень. Красивый, темноволосый, с правильными чертами лица. Молодой, но из тех, кто много чего видел и ещё больше пережил. И Алоис, только увидев его, ощутил трепет, страх и восхищение одновременно.
Чужой вздох шевелит волоски у уха.
— Почему столько существ хотят тебя убить.
В разговоре Алоиса с незнакомым мне оборотнем не прозвучало ничего интересного. Кроме, разве что, призывов, убеждений и всего этого бреда, которым сильные мира сего пичкают народ. После обещания впустить Алоиса в ближний круг, оборотень разонравился мне окончательно.
Поэтому я хмурюсь, на ощупь нахожу ладонь князя и кладу себе на бедро. Разорванное платье предоставляет много места для манёвра.
Бенеш даже не вздрагивает. Не вздыхает, не дёргается и не пугается, когда я с разбега и, по сути, насильно отправляю его за грань.
— Ты его знаешь? — Сделав круговое движение руками, я возвращаю сцену с Алоисом и оборотнем.
Развожу ладони, приближая картинку. Застываю, удерживая видение.
— Знаю.
— И? — Игра в молчанку, которую вдруг разводит Бенеш, оказывается вообще не к месту. — Скажешь, кто это?
— Скажу, если ты пообещаешь не делать глупостей.
Бесит.
На выдохе я отпускаю и видения, и Алоиса, и грань. Встаю, игнорируя ладонь князя. Поправляю платье, насколько это возможно. И спускаюсь по лестнице, не собираясь оборачиваться.
— Оль. — Князь перехватывает меня под локоть, когда я выпрямляюсь с туфлями в руке. — Не обижайся. Давай ты скажешь чего хочешь, и я это сделаю. Только без твоего героизма.
— Не хочется терять пробирку для наследника? — Я резко разворачиваюсь. — Или хочешь откосить от мира с оборотнями? Или принцесса не понравилась?
К собственной чести, Бенеш обходится без драматизма.
— Станислава — красивая девушка, но пустая. — Князь подходит ближе, обнимает меня за талию. — Не мир, а перемирие, и в нём заинтересован не только я. А наследник…
