Утро, за окном пасмурно, и в квартире появляется незваный гость с темным прошлым. Еще совсем недавно его звали Соппор, и ему есть, что рассказать своему случайному слушателю.
Было пасмурно, как и в те дни много лет назад, когда этот небольшой тихий квартал выглядел совсем иначе. А точнее, квартала и не было, были котлованы, фундамент. Одним словом – стройка.
Теперь же на месте, где прошла моя бурная юность, были высокие кирпичные дома, больница и небольшой парк, рядом с которым расположилось трамвайное депо. Я шел как раз оттуда, с конечной остановки. Было около десяти утра, и мне надо было найти семиэтажное здание, которым оказался жилой дом с уютными балконами, на которых стояли горшки с растениями.
Я хорошо помнил, что это был второй этаж, стена, за которой располагалась вентиляция. Я должен был найти эту стену и поспешил спрятаться за кустами, за ними как раз оказался старый деревянный ящик. Я поставил его к стене, чтобы встать на него и дотянуться до трубы, за которую схватился и залез на балкон.
Несколько дней назад я следил за этой квартирой, дома никого не должно было быть, а дверь, что была передо мной, можно было открыть простой отверткой. Я же смог это сделать при помощи ржавого гвоздя, который нашел по пути. И я посмотрел по привычке по сторонам, аккуратно открыл дверь и вошел.
– Какая уютная кухня, – подумал я, когда оказался внутри.
Дверь я также аккуратно и почти бесшумно закрыл, взял первый стул, что попался мне под руку, и поставил у буфета, на который мне надо было взобраться. Небольшая решетка вытяжки как раз располагалась над ним.
Стул подо мной тихо проскрипел, буфет же оказался совсем бесшумным. До стены оставалось совсем немного, но мне все равно пришлось встать на носочки, чтобы дотянуться до нужного места. Мне было необходимо еще несколько сантиметров, и я наклонился, чтобы выдвинуть нижний ящик. В нем оказались какие-то тетради, я встал на них и достал из кармана своей куртки зубило и молоток.
– Заранее извиняюсь за пальцы, музыкант, – тихо произнес я и приступил.
Штукатурка не выдержала второго удара и осыпалась, за ней показалась кирпичная кладка, которая была куда прочнее. Я ударил несколько раз по месту, где кирпичи разделял серый раствор, но от него откололось всего несколько совсем небольших кусочков. Тогда я ударил уже с большей силой, но результат был почти таким же. Пыли на буфете было больше, чем откололось от стены. И из-за этой пыли я чихнул.
– Будьте здоровы, – внезапно послышался сзади детский голос.
– Спасибо, – произнес я и натянул на нижнюю часть лица воротник своей кофты.
– А что вы делаете? – продолжил детский голос.
– Занимаюсь ремонтом, – сказал я и повернулся в сторону стола, за которым сидела девочка лет пяти.
У нее были растрепанные светлые волосы чуть ниже плеч, а одета она была в зеленую пижаму с утками.
– Извини. Я тебя разбудил, – продолжил я.
– Ничего страшного. Я просто лежала и смотрела в окно.
– Меня зовут Соппор. А тебя?
– Арин, – коротко ответила девочка.
– Очень приятно. Красивое у тебя имя.
– Спасибо. Меня так папа назвал.
– Интересно, я закончу раньше, чем твой папа придет? Как ты думаешь? – продолжил я.
– А вы до вечера будете ремонтом заниматься?
– Нет.
– Тогда точно раньше, – сказала Арин.
Ребенок в мои планы не входил, я должен был просто забрать то, что находилось за стеной, и уйти. Теперь же у меня был свидетель, и я не хотел пачкать свои музыкальные руки в ее крови.
– А почему ты дома совсем одна? – спросил я.
– Я же с вами? – удивилась девочка. – Разве мама не попросила вас посидеть со мной?
– Да, попросила, – соврал я. – Вот только где сейчас твоя мама?
– У подруги, ей там весело. Она так красиво оделась, чтобы пойти к ней.
– Понятно, – тихо произнес я и ударил по зубилу молотком.
На этот раз получилось отколоть крупный кусок кирпича, который полетел куда-то за буфет. Я приподнял зубило и ударил по нему еще пару раз, но толку не было. У меня были руки музыканта, они были слабыми, но ловкими. Вот только кирпичи были очень крепкими.
– Может, вам помочь? – предложила Арин.
– Помочь? – озадаченно произнес я, но потом придумал, как выкрутиться. – Не думаю, что твоя мама будет рада тому, что я дам тебе молоток.
– Еще я могу сказку рассказать? – продолжила Арин. – Правда, у мамы лучше получается.
– Взрослые вообще большие специалисты по сказкам.
– Значит, ты тоже знаешь много сказок?
– Да, но не очень много, – сказал я.
– А о чем они? – спросила Арин.
– Не думаю, что они тебе понравятся. Они почти все грустные, – сказал я и ударил по зубилу еще пару раз.
– А любимая у тебя есть? – спросила Арин после недолгих размышлений.
– Рассказать? – спросил я в ответ.
– Да.
Я знал, что она не откажется, сделал глубокий вдох и начал:
«Где-то в городе у моря жил высокий темнокожий парень, он был беспечным мечтателем, который не задумывался о своем будущем. Вот только его родители уже давно все за него решили, и сразу после школы отец купил ему билет на поезд. Он хотел, чтобы его сын уехал учиться на юриста. Но его сын этого не хотел. Даже можно добавить, что он был большим дураком.
