Молодой и амбициозный пилот отправляется в далекий космос с важной миссией. Получится ли у него достичь поставленной цели или он сгинет в центре вселенной вы узнаете на страницах этого рассказа.
«Каждый мечтает изменить мир, но никто не ставит целью изменить самого себя.»
Л.Н. Толстой
Я шел по центру города и пытался не обляпать свой летный комбинезон вкуснющей, истекающей соком шавермой, от которой с удовольствием откусывал крупные куски, когда услышал, как со всех ближайших экранов, сменив традиционную рекламу, стала вещать говорящая голова всемирной корпорации «Спейсшип». Эти американские ребята готовили к запуску проект «Надежда», на который у меня были большие планы, поэтому я вынырнул на ближайшую широкую улицу и уставился, как и миллионы других жителей мегаполиса, туда, где были установлены информационные экраны: на огромный вертикальный монитор, срощенный со стеной ближайшего небоскреба.
–На весь мир вещают, – подумал я, увидев белый вращающийся в углу кругляк глобуса. Компьютерная модель головы идеальной девушки, собранная из частей реальных всемирно известных личностей, захлебываясь смоделированным компьютером счастьем, рассказывала, что скоро нас ждут лучшие времена, мы все переедем на новые неопустошенные войной за ресурсы планеты или встретим более разумную цивилизацию, которая поделится с нами супер-технологиями, и все заживут счастливо на истерзанной матушке Земле и бла бла бла… А дальше шел призыв как раз для таких как я. Голова объявила всеобщий сбор пилотов, желающих пройти жесточайший отбор лучших из лучших, для участия в проекте. Это как раз про меня, ведь я и есть лучший из лучших, правда давненько не держал в руках штурвал космолета, но это не беда. Пилотирование в космосе – как езда на велосипеде: один раз научился и никогда не забудешь. Так говорил мой инструктор в летной академии и был чертовски прав. Я дослушал, что всех кандидатов просят посетить ближайший офис корпорации «Спейсшип», дожевал шаверму, осмотрелся в поисках того, что я могу использовать как салфетку и, не найдя ничего лучше, вытер жирные пальцы об летный комбинезон в самом укромном, как я считал месте, прямо под задницей, может быть именно поэтому на нее липли приключения. Почесав обезжиренной пятерней за ухом, я прикинул, что ближайший офис корпорации находится в столице, а денег на билет туда у меня нет, значит нужно их заработать. Я достал свой пилотский планшет, зашел в раздел работа, щелкнул на стрелочку определения местоположения и прочитал на экране одинокое объявление. Требуется пилот мусоровоза для отправки челнока с сортированным мусором на завод в столицу. Вот это мне сегодня везло, и наплевать, что заявок было ноль, потому что ни один нормальный пилот не поведет это мусорное корыто, но мне нужно было попасть в столицу, а тут за это еще и платили: такой шанс упускать нельзя. Я кликнул на кнопке подтверждения заявки, приложил палец, посмотрел в камеру для идентификации личности и получил в ответ письмо с адресом клиента.
Офис мусорной компании был всего в паре кварталов и я, подтянув растянувшиеся лямки комбинезона повыше, отправился по дороге в свое счастливое будущее. Пока я шагал по обычным и подвижным тротуарам, в голове уже четко обозначилась картина. Я в новеньком белоснежном комбинезоне с золотым значком пилота корпорации «Спейсшип» стою на платформе лифта, поднимающей меня улыбающегося ко входу в новенький, сверкающий в солнечных лучах, межзвёздный корабль, на котором мне предстоит, пролетев несколько сотен лет, сделать невероятное открытие, найти идеальную планету. А потом мое, пустившееся во все тяжкие, воображение рисовало, как я купаюсь в водопадах денег, полученных от трансконтинентальных корпораций, за использование ресурсов найденной мной планеты. И все, и здравствуй, роскошная жизнь! Я так замечтался, что, не заметив, налетел на какую-то бабку, сидящую в антигравитационном кресле-каталке, от столкновения ее развернуло ко мне лицом.
– Чего под ноги не смотришь, шатаются тут всякие, – зашамкала она беззубым ртом сорокалетней старухи, потрясая в воздухе сухонькими ручками и, шустро развернувшись, полетела дальше по своим пенсионерским делам, совершенно игнорируя мой жалкий лепет с извинениями.
