Жил на свете молодой король по имени Хервиг. Задумал он посвататься к Кудруне и пытался было заслужить ее расположение. Но что он ни делал, каких послов ни посылал, всем им приходилось плохо. Тяжело было терпеть это его гордой душе, но все же не мог он отказаться от Кудруны.
Отважный Хервиг не меньше Хартмута тосковал по Кудруне. Был он сосед Хетеля, но если бы вздумал он посылать к нему послов хоть тысячу раз на день, это не принесло бы ему ничего, кроме унижения и горя. Хетель просил его перестать свататься к его дочери, но Хервиг стоял на своем и решился попытать счастья оружием. Собрал он три тысячи своих воинов и пошел с ними в землю хегелингов. Ничего не знали о том в Штурмене, не знали о том и в Дании, — потом только Ирольт узнал, что отважный Хервиг стремительно шел на Хетеля.
Узнал о походе его и Хетель, да, видно, чересчур позамешкался со своими людьми и не успел выйти к нему навстречу, а между тем Хервиг, воспользовавшись прохладой, успел уже рано утром подойти к замку Хетеля. Воины Хетеля еще спали, как вдруг услыхали они голос сторожевого, доносившийся до них с башни.
— На коней! — кричал он. — Пришли к нам лютые гости. Вооружайтесь, воины, я вижу — шлемы блестят вдали!
Повскакали воины с постелей и бросились к оружию; богатым и бедным, знатным и простым воинам — всем пришлось тут защищать свою жизнь и честь. Хетель и Хильда подошли к окну; оттуда увидели они, как враги теснились к воротам замка. У Хетеля в замке было до ста человек вооруженных воинов. Хетель сам вышел с ними навстречу врагам. Началась ожесточенная битва. Пламенный вихрь поминутно вырывался из шлемов под ударами меча Хервига. Смотрела на это Кудруна и не могла отвести глаз; прекрасен казался ей витязь, и было ей и сладко и больно смотреть на битву. Король Хетель сам сразился с Хервигом, и немного было нужно им времени, чтобы оценить друг друга.
Смотрела на них Кудруна и слушала шум битвы; она видела, как счастье перекатывалось от одного к другому, как шар, и не могла она решить, которому из воинов желала она больше удачи.
— Хетель, отец мой! — стала наконец она кричать. — Кровь струится уже на землю через звенья кольчуги; ею забрызганы уже все наши стены. Ради меня прошу я вас прекратить на время битву. А пока скажите мне оба, кто лучшие и ближайшие родичи Хервига.
— Не прекращу я битвы, пока не позволишь ты мне явиться к тебе безоружным[12]. Тогда можешь ты расспрашивать меня о моем родстве.
Любовь женщины прекратила битву. Воины разоружились и умылись в источнике. Хервиг с сотнею своих воинов пошел к Кудруне — не мог еще он вполне ей довериться, она же в душе своей колебалась между отцом и витязем.
— Сказали мне, будто я недостоин тебя, потому что недостаточно знатен я родом, — заговорил Хервиг, — но часто знатные люди находят свое счастье у незнатных.
— Какая женщина могла бы презирать и ненавидеть витязя, который так служит ей? — отвечала Кудруна. — Поверь мне, я не презираю тебя, и ни одна девушка не чувствует большей любви к тебе. Если только родные мои будут на то согласны, я охотно стану твоей женой.
С любовью заглянул он ей в глаза: любила она его и не таясь признавалась в том при людях.
Тогда Хервиг торжественно посватался к Кудруне, обещая, что замки его и все его родичи всегда готовы будут служить ей. Король Хетель собрал лучших хегелингских воинов и при них спросил молодую девушку, согласна ли она иметь мужем благородного рыцаря Хервига.
— Лучшего друга я и не желаю, — отвечала на это Кудруна.
Так была она обручена с королем Хервигом. Хотел было Хервиг сейчас же увезти ее в свою землю, но королева Хильда не согласилась и оставила дочь у себя еще на год.
Узнав о том, Зигфрид, король Мавритании, построил и оснастил двадцать больших кораблей, заготовив на них большие запасы оружия и съестных припасов, и оповестил всех своих воинов, что с наступлением теплой погоды намерен он предпринять поход на Зеландию: хотел он напасть на Хервига и повел с собою восьмидесятитысячное войско. В Зеландию же послал он гонцов с объявлением войны.
Огорчился Хервиг: ничем никогда не вредил он Зигфриду и не мог понять, чем навлек он на себя его гнев. Приказав хорошенько охранять свои пограничные земли и замки, послал он оповестить своих друзей, что король Мавритании грозится спалить пожаром и опустошить всю его землю. При этом раздал он все, что у него было, тем, кто выражал готовность служить ему.
Между тем воины из Абакии и Альцабеи пришли уже с Зигфридом к его земле и принялись опустошать ее огнем и мечом. Зеландцы защищались как могли, и ожесточенная борьба длилась долго; вся земля дымилась от крови, и, казалось, скоро весь мир покроется телами павших воинов. Плохо пришлось тут Хервигу: был он оттеснен к самой границе своих владений. В такой беде послал он гонцов к Кудруне, извещая ее о своем положении.
