- Скада, ты же все понимаешь, - Илья поерзал сидя на койке в своей каюте, старательно пряча глаза. Ему было ужасно неудобно, не только перед Скадой, но и почему-то перед Лодой с Карри. Хорошо еще Максимов ушел, не стал лезть в деликатный разговор. Смотреть в ясные влюбленные очи Скады было невыносимо.
- Это была военная необходимость, - уныло продолжил парень. - Не было времени на долгие разговоры. Лагерь оказался заминирован, вы стояли с оружием наизготовку. Применить ультимативный няш, оказалось единственным выходом, который всех спас.
- Я все понимаю, Илья. Я тебя ни в чем не виню, - голос инопланетянки был нежным и полным обожания. Я рада, что все так получилось, любимый. Пожалуйста, разреши мне остаться с тобой.
- Скада нет, - центурион попытался остаться непреклонным. - Для твоего же блага. Если бы я мог снять твою зависимость от меня, я бы уже это сделал, я ничего против тебя не имею. Но пасту из тюбика легко выбить ударом кулака, а вот засунуть ее обратно - уже никак. Тебе поможет только время и разлука. Я же тебе добра желаю.
- Илья, я не могу без тебя, - казалось еще чуть-чуть и девушка заплачет навзрыд. - Я пробовала тебя ненавидеть, как врага, за то, что ты со мной сделал. Я пробовала переключиться с мыслей о тебе на что-то другое, провести самотерапию. Пробовала просто терпеть, я же боец, а не слабый мужчина. Илья Я Не Могу. Мозги пошли в разнос, умом все понимаю, а сделать ничего нельзя. Ты знаешь, как это бывает? Когда ты ешь и думаешь об Илюше, которого видела один раз мельком. Когда ты спишь и видишь сны об Илье. Когда просто ходишь из угла в угол и залипаешь, не замечая времени, на час или два мечтая об Илье. Когда ты идешь в туалет, но и на этом простом действии сосредоточиться не можешь. Потому что даже там в голове один сияющий Илья и больше ничего нет, кроме невнятных серых теней и обрывков воспоминаний, оставшихся с прошлой жизни до встречи с тобой.
- Понимаю, - вздохнул центурион. - Был под няшем. Что же с тобой делать-то, Скада из клана подорожника?
- Дай мне тебя видеть хоть иногда, я без этого не могу. Или убей. Было бы лучше, если бы ваши бойцы меня расстреляли в день взятия лагеря, там же, у стенки. Меньше проблем.
В каюте повисла долгая мучительная тишина.
- Хорошо, - принял решение Илья. - Скада, я попробую договориться через свои связи. Ты принесешь воинскую присягу русскому императору и станешь бойцом вооруженных сил русской империи. Не Матриарха, а империи. Взамен я возьму тебя в свое личное отделение, поставлю на довольствие, похлопочу о звании декуриона. Зарплатой тоже не обидим. Предупреждаю честно - я намерен тебя использовать в бою рядом с собой, причем в самом его пекле. Раз уж у тебя в голове все забито мной, то кое кому будет сложно навязать тебе свою волю, - вспомнил бой с Одонатом Илья. Тогда единственными не поддавшимися воздействию врага остались его симпантки. - Взамен ты всегда сможешь рассчитывать на мое внимание и помощь, а если я когда-нибудь разберусь с тем, как оно все работает, то избавлю тебя от зависимости. Добро пожаловать в команду Скада, - Илья встал с койки и крепко пожал руку удивленной инопланетянке. А потом по братски поцеловал ее в макушку. - Согласна?
Серьезный разговор с Леной произошел внизу, когда оставшихся от батальона бойцов после трехдневного отдыха снова отправили вниз, на Ковчег. Союзники к этому времени уже вовсю разворачивали базу, условно поделенную на три сектора: славь, людей и ленааа. Вдоль всего берега озера рядом с деревней лисьеухих вовсю кипело оживленное строительство. Стояли многочисленные палатки всех форм и размеров, собирались легкие сборно-щитовые домики, уже начали работу установки для производства дешевого бетона. Благо вода и песок местные, удобно. Взлетно-посадочная полоса требовалась союзникам первым делом. Все открытое пространство до самого леса спешно огораживали колючей проволокой с датчиками, оставив аборигенам лишь их огороды и пшеничное поле.
- Жалуются местные, - кивнул Илье на виднеющиеся на противоположном берегу домики Максимов, пока они шли от челнока к штабному домику ленааа. - Луга мы у них забрали, ни скотину на пастбище выгнать, ни сена запасти. Но кого волнует их мнение? Я насилу Тихонова упросил им пока пшеницу оставить. И то...
- А кто-нибудь за деревню всерьез брался? - Живо поинтересовался Илья.
- Нет вроде. Опасности аборигены не представляют, пока все наши заняты строительством базы. То же и у славь. Но заходы уже были, сельское хозяйство колонии поднимать придется.
