Горец сбил с ног девушку, она упала на асфальт ему под ноги, он зацепил ее ногой и почувствовал, как падает сам. Устоять не удалось, он рухнул, но в последний момент сгруппировался, перекувырнулся через голову и обернулся посмотреть, не покалечил ли девушку.
Погоня была очень близко. Гончие бежали, низко пригнувшись к земле, щупальца развевались за ними по ветру, руки они заложили за спину, отчего напоминали конькобежцев-спринтеров.
Сбитая с ног девушка сидела на асфальте и, казалось, вот-вот заплачет. При падении она сильно ударилась, да к тому же сломала каблук. А Никита, причина всех ее несчастий, сидел на корточках напротив и хищно ухмылялся.
Горец почувствовал волну ненависти, прокатившуюся от девушки, в следующую секунду она выхватила из сумочки парализатор. Горец успел откатиться в сторону. Туда, где он только что сидел, ударил парализующий луч.
Он не стал дожидаться повторного разряда, вскочил на ноги и бросился прочь, ускоряясь с каждым шагом, в попытке увеличить дистанцию между собой и гончими.
«Куда бежать? Где затеряться? – билось в мозгу. – Где он сможет продержаться достаточно времени, чтобы Аркел Арм успел спрятать Таню? Плутать по улицам он долго не сможет, гончие знают их с детства и найдут способ окружить и схватить. Спуститься обратно в метро и попытаться уйти на другой конец города? А что если Аркел Арм отправится этим же путем, и Никита невольно выведет на него преследователей?
Думать. Думать! Думать!! Думать!!!»
Случайно на бегу взгляд Никиты зацепил здание Южного вокзала, и родилась идея, показавшаяся вначале сумасшедшей, но он тут же изменил траекторию движения и направился туда.
Вокзал показался Горцу идеальным местом для запутывания следов. Преследователи посчитают, что он пытается выбраться из города, попробует запрыгнуть в поезд и уехать. Возможно, они даже задержат отправление поездов, это поднимет панику среди пассажиров и провожающих. Они могут подумать, что Ежонок уже в поезде, и тогда займутся обыском всех вагонов. К этому времени Аркел Арм выведет Таню из города через свой секретный лаз. А Никита просто так им в руки не дастся, парочку гончих за собой прихватит. Правда, убивать его вряд ли будут, слишком ценная добыча, но потреплют основательно.
У вокзала беглеца уже ждали. Двое полицейских в синей форме, в касках, вооруженные электрическими дубинками, напряженно всматривались в толпу, пытаясь опознать «пациента». Их предупредили по рации, что в их сторону движется опасный преступник, возможно, его уже записали в гореванские террористы.
Горец увидел, как подобрались полицейские, заметив его, и шагнули навстречу. Он не стал доставать пистолет и устраивать бессмысленную пальбу, с этими первогодками он мог справиться и голыми руками. То, что они первогодки, читалось в их испуганных глазах. Опытные патрульные или оперативники смотрели хищниками, выискивающими слабые места в обороне противника.
Полицейские бросились вперед. Горец поднырнул под замах дубинки одного, перехватил его руку, саданул локтем в живот и сильно толкнул навстречу второму, который в этот момент пытался достать дубинкой Никиту, а угодил в напарника. Того основательно дернуло, и он парализованным рухнул на мостовую. Второй полицейский обомлел от испуга и опустил дубинку. Этого мгновения Горцу хватило, он подскочил поближе, вырвал из рук дубинку и огрел ею по голове. Полицейский охнул и свалился, корчась в судорогах, вызванных разрядом.
Горец оглянулся. Гончие уже почти нагнали его. Их разделяло несколько метров. Полицейские сослужили свою службу и задержали беглеца, теперь гончие готовились взять дичь тепленькой. Горец не мог доставить им такого удовольствия. Еще рано, еще очень рано.
Он взбежал по ступенькам в здание вокзала, проскочил сквозь пустой зал ожидания и вылетел на платформу. Народу здесь было не густо. Несколько семей готовились к посадке на прибывший поезд, вероятно, собирались навестить родственников на юге или просто с душой отдохнуть. Двое пожилых господ курили и о чем-то разговаривали. Несколько молодых людей в военной форме прогулочным шагом следовали по перрону в сторону головы состава.
Горец чувствовал, что гончие близко. Они дышали ему в спину. Дело шло к финалу. Оставалось поставить красивую точку, так чтобы запомнилось всем.
Внезапно Горец изменил направление. Он развернулся и бросился навстречу гончим, выхватывая левой рукой пистолет, в правой он крепко держал электрическую дубинку.
Ему удалось убить обеих гончих. Одну он застрелил, а вторую так обработал дубинкой, что она умерла, не выдержав разрядов, однако Горец и не подозревал, что его загнали в ловушку, вокзал просто лопался от полицейских, стянутых в рекордные сроки из окрестных районов…
Никита очнулся от воспоминаний, когда первые капли холодного дождя упали ему на лицо. Заискрили стены мешка, и запахло горелым. И с этими первыми каплями вернулась уверенность. Что бы ни случилось, как бы его тут не пытали, он выберется из бетонной ловушки, даже если придется прогрызать путь наружу зубами.
