Цербер. Подземелье Кадхаса полностью

Девять месяцев миновали, не успел я и глазом моргнуть. С момента битвы при Громыхающем я так и не показывался никому на глаза, укутывая тело в плащи, лицо в повязки, а руки скрывая перчатками. Лишь изредка я позволял себе появляться в нейтральных городах, все чаще скитаясь по чистилищу в самых безлюдных его местах. Я превратился в настоящего скитальца, которого все считают мёртвым. Множество раз я слышал отголоски своего имени от постояльцев какой-нибудь таверны, в которую заглядывал, чтобы пополнить продовольственные запасы. Делал я это настолько редко, что иногда даже забывал как звучит чужой голос.

Когда меня убил тот живой доспех, я не умер окончательно. Меня спас артефакт, который я получил после турнира бездонной арены. Уверен, очень небольшое количество разумных догадывается, что я жив, большая часть, скорее, уверена в обратном. После моей «смерти» и появления в круге воскрешения в храме Агудара, что стало для меня неожиданностью, я решил воспользоваться подаренным шансом и всячески избегал встреч с разумными, чтобы не раскрывать о себе правду. К счастью, Вечная охота завершилась, стоило моему телу испустить дух. Все посчитали меня погибшим. Кто-то утопал в скорби, кто-то упивался радостью, а кто-то купался в полученных за мою голову золотых жетонах. Не знаю, сломалась ли система, или так и было задумано Агударом, но факт остаётся фактом — всё завершилось, и я пропал с радаров этого мира.

Не знаю, числился ли я ещё владельцем Громыхающего, но если да, то уверен, Абель догадывался, что я жив. К счастью, он об этом не распространялся, иначе, в чистилище бы об этом говорил каждый. Как минимум от одного до двух информационных циклов это бы точно было в инфополе. У моего поселения всё было отлично. Пару раз я заглядывал туда, чтобы проследить за происходящим. Всё шло своим чередом. Поселение разрослось до весьма внушительных размеров, став небольшим городком. Один раз я видел Абеля с драконолюдами через окно таверны. Они мирно сидели за столом и о чём-то болтали. Я был безмерно рад, что их жизнь продолжалась и после моей кончины.

Плохой новостью стало падение Вендегора и смерть Мушу. Пока я сражался с армией наёмников у границ Громыхающего, на Вендегор напала другая часть наёмников. Они не желали со мной прямой стычки, но пограбить и поубивать очень хотели. Всё население погибло в первые же минуты атаки. Мушу, как настоящий глава, умер последним, обороняясь в своём кабинете.

Откуда я об этом знаю? Именно так мне всё рассказал пьяница, с которым я завёл разговор в таверне Громыхающего. Он не узнал меня и рассказал всё подчистую. И что меня больше всего удивило, даже он отзывался обо мне хорошо, вспоминая времена, когда я ещё правил этим местом.

В остальном. За девять месяцев я многого смог достичь. Частичка силы Агудара получила сразу три ступени и оставила после себя пятую, требования для которой отмечались знаками вопроса, как и в частичке силы Нагарайи, которую развить я так и не смог. Это стало камнем преткновения в моей прокачке, но меня всё и так устраивало. Я получил три незаменимые способности и был тому очень рад.

Первая полученная мною способность была весьма интересной и называлась «Бестелесный». Она позволяла мне раз в час делать своё тело неосязаемым для всех и всего. Притом, я мог растягивать эти пять секунд как хотел. Способность имела как боевой потенциал, так и не совсем. Я мог активировать её как для предотвращения урона, так и для того, чтобы максимально эффективно скрываться на улицах нейтрального города. Иногда я её даже применял, чтобы уйти от преследования. По крайней мере, мне так казалось, ведь стоило мне почувствовать на себе косые взгляды, и я тут же исчезал, уходя куда-нибудь в стену. Бьюсь об заклад, по городам начали ходить слухи о призраке в плаще, проходящем сквозь стены.

Второй, но не по значимости, способностью было «Внушение». Название говорило само за себя. Используя способность, я мог внушить кому угодно, что угодно. Несколько раз я её тестировал на проходящих мимо людях и, кажется, даже разрушил этим пару семей. Не думаю, что девушкам парней нравилось, когда их парни жарили на улице проходящую мимо даму. Выглядело это смешно, но назвать это безобидной шалостью у меня язык не поворачивался. Хотя, устоять от этого я всё же не мог.

Третья способность вызывала у меня больше всего вопросов и больше всего походила на что-то Божественное. Она называлась «Создание». Создание чего? Всего, о чём только можно было пожелать. Появилась она у меня лишь на девятом месяце моих скитаний. Именно тогда я понял, что она открывает передо мной просто невообразимые возможности. Я мог создавать еду, воду, любую одежду и даже металл. Любой, какой только хотел. Не знаю, может я мог создавать и жетоны, но не пробовал. Четвёртая ступень развития частички силы Агудара была поистине сильной, хоть и никак не увеличивала мой боевой потенциал. Зато, я пусть и немного, но ощущал себя Богом.