— Не уверена, — Эва ощупала себя. Кажется, потеряла оружие.
Влá слав, грациозно приземлившийся рядом несколькими секундами позже, протянул ей дигл.
— Будь внимательнее.
Он стянул с лица странной конструкции очки, спрятал в появившейся на поясе сумке.
— Ночное видение, — пояснил он, видя, как множество не озвученных вопросов просто распирают Эванжелину.
— А, понятно, почему в темноте вы так неслись. Какая предусмотрительность, — Эва на миг встретилась с насмешливыми демонятами, отплясывающими в посеребренных глазах и отвернулась.
— Можно было и мне такие раздобыть.
— Если бы можно было, то раздобыла бы, — недовольно парировала Соня.
Эва закатила глаза.
— И где это мы находимся?
— Прачечная. Подвальные этажи. Отсюда проще добраться до Церебрума.
— До чего? — нагоняя Влá слава, удивленно спросила Эва.
— Тварь, которая управляет всеми системами города и роботами.
— Эм, а зачем? Я думала, ты просто хочешь уничтожить здание, — Эва осмотрела приземистые коридорчики, разбегающиеся в разные стороны.
— Это ни к чему не приведет, а вот если отключить систему, все роботы сдохнут! Все до единого! — блеск предвкушения в его глазах мог ослепить.
Эва скептически хмыкнула:
— Какие амбициозные планы.
— Какие есть, — улыбнулся мужчина.
Их встретила огромная металлическая дверь с двумя охранниками, которые быстро вышли из строя благодаря меткости Влá слава. Эва глянула на оружие в своих руках.
— И для чего, спрашивается, ты мне его дал?
Мужчина снял с шеи медальон, отодрал заднюю крышку и вытряхнул на ладонь плоский металлический кругляшек, не больше монетки, который ранее передала ему Соня. Быстрыми и точными движениями Влá слав приставил кругляш к считывающей системе. Сначала ничего не происходило, Эва нервно оглядывалась и топталась на месте, вздрагивая от каждого шороха и ожидая толпу демонов.
— Ну?
Система, будто услышав ее нетерпение, приветственно пискнула. Дверь завибрировала под собственной тяжестью и стала подниматься, образовывая широкий проход. Дождавшись пока Эва и Соня под ней пролезут, Влá слав убрал ключ с кодами, и дверь захлопнулась.
Они оказались в округлом просторном сводчатом зале. Эва покрутилась на месте, не сдержав вздох восхищения. Стены от пола до потолка украшали огоньки красных и зеленых цветов. Они то гасли, то вспыхивали вновь, как будто ведя тихую беседу, а после через тончайшие паутинки, разделяющие пол на аккуратные сегменты, передавали информацию мозгу. Живому человеческому мозгу! Эва с отвращением поморщилась, аккуратно ступая, будто боясь нарушить целостность бегущей, словно по венам, информации. Она подошла к невиданному чуду. Мозг находился в большой стеклянной колбе, наполненной прозрачной жидкостью и беспрерывно пульсировал.
Когда Эва уткнулась носом в стекло, на нее с той стороны с любопытством посмотрели глаза. Испуганно вскрикнув, Эва отпрянула. Два глаза, карий и зеленый, прикрепленные к мозгу при помощи двух нервных окончаний, моргнули. А мужской голос, с металлическими оттенками и жеванной интонацией, произнёс:
— Здравствуй, Эванжелина, Церебрум тебя приветствует!
— У тебя есть ко мне вопросы? — с чрезмерным любопытством поинтересовался голос. Глаза приподнялись, и приобрели выражение детской радости от вида нежданных гостей.
— У нее нет к тебе вопросов, урод, так что захлопнись!
Зеленый глаз продолжал смотреть на Эву, карий повернулся к Влá славу.
— Хамство имеет смысл только, когда оно вызывает равную себе реакцию интеллекта. — парировал Церебрум, немного обижаясь и выдавая больше скрежещущих звуков. Глаз, не выпускающий Эву из своего поля зрения, немного продвинулся вперед, доверительно понизил голос:
— Грубость — остроумие дураков, — и подмигнул.
Эва не сдержала улыбку.
Никак не ожидала увидеть подобное чудо. И прониклась симпатией.
А Влá слав, больше не обременяя себя разговорами, показал машине средний палец. Что обозначал этот жест, Эва не знала, но могла догадываться, что ничего хорошего.
— Если вам не нужны ответы, тогда могу я полюбопытствовать о сути вашего визита?
Вопрос адрисовывался Эве, но Влá слав не удержался:
— Чтобы тебя уничтожить, тварь! Разве еще непонятно?
Мозг в колбе стал сокращаться быстрее, голос, эхом отражающийся от стен, приобрел надменный оттенок:
— Кто не боится смерти, тому не страшны угрозы.
— А вот сейчас и проверим.
Мужчина достал из сумки хитрый прибор размером не больше его ладони. Соня встала у пульта управления, блокируя двери с внутренней стороны. Она вывела на монитор видео с разных камер здания. Эва увидела, что стало с лифтом и тем этажом, на котором произошёл взрыв. Кабину будто сдавило, а потом разорвало, в стене рядом образовалась прореха, а пол обвалился. В здании на разрушенных этажах началась эвакуация. Принципалы организованными рядами покидали головное здание. Ищейки и трапперы прочесывали этажи в поисках бесчинщиков.
— Ну, что там, Соня?
— Либо они слишком самоуверенны, что мы сюда не попадём, либо они полные идиоты, — усмехнулась девушка, явна довольная собой.
— А Лимея?
— Ее пока невидно…
