Церковные песнотворцы полностью

Последние дни жизни Спасителя, как уже говорилось, подробно освещены в творениях святителя, господина Космы, как он именуется в Триоди Постной, и в этих творениях особенно примечательны Богородичные песни – ирмосы 9-й песни канонов.

Так, на утрени Лазаревой субботы необычайно сильно звучит заключительный ирмос четверопеснца, который является и задостойником этого дня. Он поется на утрени вместо Честнейшей. Пречистая Дева почтена здесь в кратких и сильных выражениях, присущих дню воскрешения Лазаря. Чистую славно почтим, людие, Богородицу, огнь Божества приимшую во чреве неопально, песньми величаем[74].

Все неповторимое построение службы этого дня, так любимого верующими, находит свое завершение в пении этого заключительного прославления Богоматери.

В ирмосах 9-й песни трипеснцев и двупеснцев Страстной седмицы преподобный Косма с особым духовным изяществом, присущим воспоминаемым событиям, восхваляет Божию Матерь. Возвеличил еси, Христе, рождшую Тя Богородицу, – поет он в ирмосе 9-й песни канона Великого Понедельника, – от Неяже, Создателю наш, в подобострастное нам облеклся еси тело, наших прегрешений решительное[75].

В заключительном ирмосе двупеснца Великого Вторника воспевание Богоматери настолько кратко, насколько и выразительно: Невместимаго Бога во чреве вместившая и радость миру родившая, Тя поем, Богородице Дево[76].

В Великую Среду святой Косма призывает: Душами чистыми и нескверными устнами, приидите, возвеличим Нескверную и Пречистую Матерь Еммануилеву…[77], а в трипеснце Великого Пятка мы слышим его бессмертные слова, добытые из самой глубины сердца: Честнейшую Херувим и славнейшую без сравнения Серафим, без истления Бога Слова рождшую, сущую Богородицу Тя величаем[78]. Этот ирмос усвоился богослужением Православной Церкви и стал ежедневно употребляться при величании Матери Божией на 9-й песни канона вместе с евангельским воспеванием Бога Самой Пречистой Девой: Величит душа Моя Господа…

Цикл Богородичных песнопений на богослужениях Страстной седмицы заканчивается ирмосом 9-й песни канона Великой Субботы. Этот ирмос является задостойником дня Великой Субботы и уже вводит молящихся в празднование Воскресения Христова: Не рыдай Мене, Мати, зрящи во гробе, Егоже во чреве без семене зачала еси Сына: востану бо и прославлюся, и вознесу со славою, непрестанно, яко Бог, верою и любовию Тя величающия[79].

Здесь не требуется анализа творения преподобного Космы, потому что сами за себя говорят дивные слова ирмоса. Многие из нас проливают горячие слезы, слыша, как Сын Божий уговаривает свою Пречистую Матерь не рыдать.

В православной иконописи известна икона Богоматери, именуемая «Не рыдай Мене, Мати». Она походит по существу на Пьету[80] западноевропейских художников и так же, как и там, изображает оплакивание Христа Пречистой Девой.

Наконец, нам представляется необходимым выделить те мысли преподобного Космы, которые касаются идеи Церкви. Больше всего этих размышлений Преподобного песнописца можно усмотреть в каноне на Пятидесятницу, где совместно с богословствованием о Трех Лицах Святой Троицы излагается и богословие Церкви. Мысли эти изложены прикровенно, иносказательно. Так, это мы видим уже в первом тропаре 1-й песни упомянутого канона: Делом, якоже древле учеником обещал еси, Утешителя Духа пославый, Христе, возсиял еси миру свет, Человеколюбче[81]. Миру свет – это вера Христова и это, конечно, Церковь. Изложенную мысль закрепляют слова следующего по порядку тропаря: Божественнаго бо Духа днесь всем верным благодать излияся[82]. Всем верным, то есть новой, молодой Церкви Христовой.