Слуги открыли передо мною дверь, тихонько ступая по мраморному полу, забыв наставление Шарифы не поднимать взгляд от пола, крутила головой рассматривая обстановку комнаты. Просторная комната в бежево-коричневых цветах с высокими потолками, украшали белые мраморные колоны во всю высоту. На одной стороне комнаты на возвышении стояла огромная кровать, напротив стена была полностью занята широкой аркой с выходом на балкон, были так же несколько дверей. «Наверное, в халам и еще куда то». Неожиданно дверь купальни открылась, вышел повелитель, в шелковом черном халате, его влажные после ванны волосы были собраны в пучок. На ходу завязывая пояс, он подходил все ближе и ближе, не замечая меня, позволяя, насладится его прекрасным телом. Увидев меня, остановился в полуметре, не желая опускать свой взгляд, я стояла с гордо поднятой головой, ожидая его реакции. Цесарео, подойдя еще ближе, ласково провел ладонью по моей щеке, прикоснулся подушечкой большого пальца к моим губам, так и не разорвав взгляд со мной.
Я готова была вечно смотреть в его глаза, впервые мужчина смотрел на меня так, с желанием выпить мой огонь, полыхающий в груди, закружив в танце страсти. Я готова была познать чувственную страсть, которую обещали мне его полыхающие глаза и руки, оставляющие горячие следы на теле, вызывая дрожь.
- Неле - прошептал Цесарео, хотел продолжить, но я его опередила.
- Кира, только Кира, прошу.
- Кира … восхитительно невинна и дерзка. Так какая же ты, Кира? – прошептав мне в губы, поцеловал со всей страстью.
И вот уже одна ладонь на моем затылке, а другая держит подбородок. В течении секунды мы обменялись жарким взглядом, а потом прижались к друг другу в поцелуе. Я не знала, что это может быть так сладко, так больно и так томительно одновременно. В груди все скручивалось, так, словно хотела сродниться с ним, слиться в единое целое, наполнить себя им. Почувствовать его во мне, рядом со мной, завернуться в него словно в одеяло. Мои руки скользнули по его затылку, зарываясь в его жесткие волны волос, массируя его затылок, желая доставить ему то же удовольствие, что и он мне. Он углубил поцелуй, рука Цесарео оказались на моей груди, сминая сквозь шелк, другая забралась под халат, а потом и в кружевные трусики – убедиться, что я дня него уже готова. Удовлетворенный рык, и я вмиг оказалась на руках. Бросив в порыве страсти на кровать, вмиг оказалась под ним. Изогнувшись, притянула его к себе, не дав полностью скинуть с себя одежду. Мы словно сошли с ума от желания быстрее получить полную обоюдную маленькую смерть. Я слишком распалила его, и в этом была моя ошибка. Не замечая, мою невинность, он резко вошел в меня. Мои пальцы впились в его плечи, впрочем, как и зубы, что бы не закричать в голос. Я буквально впилась в него всем телом, переживая свою боль от вторжения, ища в нем защиты и утешения, а он сжимал меня своими руками за бедра, что, казалось, вот-вот затрещат. Боль отступала постепенно, позволяя, разделись его дикую, грубую страсть.
- Кира…Кира- снова и снова, в порыве неудержимой страсти шептал он. Достигнув кульминации, растекся нам мне, переживая остатки наслаждения. Пускай и не достигнув пика, как мой правитель, но все же получив плотское удовольствие, лежала тихонько по ним, гладила по мощным плечам, сильной спине, искусным рукам, доставившие мне столько удовольствия. Перекатившись с меня Цесарео, лег на спину, прикрывая глаза рукой, повернувшись к нему, ласково провела рукой по его груди. Вздрогнув, повелитель резко схватил мою руку.
- Не делай так,- приказал он вставая с постели. Налив себе сладкого тоника, повернулся ко мне. Приподнявшись, облокотилась на спинку кровати и укуталась покрывалом почти до подбородка. «Дура, а чего ты ожидала, слов любви и признания? Дума, Кира, думай! Таких как ты сотни, завоюй его, иначе растворишься в прошлом навеки». Встав с постели, взяла за руку повелителя, и ласково улыбаясь, повела за собой.
-Пойдемте, мой повелитель,- посадив его на мраморную ступеньку, в заполненной горячим паром халаме. Покрутив головой, пыталась найти мочалку с мылом.
- У тебя кровь! – воскликнул Цесарео, хватая меня за руку, усадил себе на колени. – Неужели в порыве страсти я тебя ранил.
- Это нормально, мой повелитель, - сгорая от стыда, лепетала, стараясь убрать его руку с низа живота. Желая угодить ему, совсем забыла про потеки внутри бедер. Под ладонью кожа горела и покалывала.
- Неужели медики пропустили заболевание? Тебя проверят, сейчас же!
- Мой повелитель, кровь естественна в моем случае,- подняв на него лицо, красное как помидор.- Прошу Вас, не надо доктора.
- Объясни, - строго сказал он, словно не видя мое смущение и дрожь в голосе. Выжидательно смотрел, нахмурив брови.
- Когда девушка впервые познает страсть с мужчиной…когда Вы вошли в меня, Вы, мой повелитель разорвали девственную плеву, потому у меня пошла кровь.
Смущаясь, опустила взгляд. Мне было стыдно такое говорить. «Ну что он как маленький, нужно меня вслух заставить произнести? Ну, вот что мужчины за странные создания!».