- Выйти сейчас с укрытия, мы не можем - мы не знаем кто на нашей стороне, кто наш союзник, а кто враг. Но и без действия оставаться не можем. Тебя считают предательницей, которая была в сговоре с врагом, от того и бежала вместе с прислугой. Арчи, обвинили в измене рода, но наказание отложили, из-за его состояния.
- Я знаю, как мы поступим.
Впервые с момента моего прибытия на Цесар, словно очнувшись после смерти Иштара, я знала, как мне поступить, как избежать ужасной смерти и позора. В глазах появилась твердая решимость, полная уверенности в себе, рассказала мой план Шарифе.
Глава 11
Через несколько дней после приезда Шарифы, как мы и предполагали, Цеси от лица правящей династии поведала жителям Цесара о кончине правителя. Была проведена траурная церемония в столице Цесара, собрались толпы народа, горюющих о утрате Цесарео в расцвете сил, так и не оставившего наследника, бросившего их на произвол, в смуте и страхе о будущем на планете. Вся планета погрузла в мрак и темень, отдавая дань уважения последнему представителю Рода Драэнских, династии правившей на протяжении тысячелетий, подаривших расцвет его народу. На прощание с Цесарео прибыли все Главы Золотых Кланов, Цеси, траурной процессией в мрачных темных одеяниях вышли даже Рисы. Не было там только меня, смотревшей на это представление с экрана визатора. Не желая верить, что больше никогда не увижу любимые глаза моего Иштара, не услышу его подсмеивания надо мной, сидела дома, не пойдя на процессию. Прощальные слова Цеси, обращенные к народу, запали в душу. Нектария, уверила народ о скорейшем благополучии и процветании, так как хотя род Драэнский имевший силу Искры, и перестал быть гарантом мира в галактике, бояться было нечего. Вскоре пройдет церемония вручения власти новой правящей пар - будущему Цесарео Юлиану и Цеси Нектарии, вступающим в право владения в назначенный через два дня – в день свадьбы. Мне было больно слышать о такой скорой смене власти. Неуместное желание Цеси так скоро вступить в брак, вызвало гнев не только у меня, но и у народа, еще не отошедшего от потери своего правителя.
Как оказалось, был еще кое-кто, мой малыш, словно чувствуя грядущие перемены, решил что пора заявить о себе и напомнить о истинном наследнике своего отца. Роды начались, как только Цеси закончила говорить, после траурной процесси. На день я выпала из реальности, в срочном порядке была приглашена Ирма, уже знавшая о моей беременности, медик прибыла к нам домой. Заплатив за ее молчание, но так и до конца уверенные в ее преданности мы были вынуждены рискнуть, обращаться было больше не к кому. Колия с Зитой присутствовали на родах, пытаясь помочь и поддержать меня. Из-за особенности Силы Искры ребенка, применять какое-либо обезболивающие, привычные для местных женщин, было нельзя.
- Тише-тише, Риса! Еще нельзя тужиться, потерпи еще немножко! Знаю, больно очень, но так надо, – успокаивающе говорила Ирма, вытирая мне холодным влажным полотенцем пот на лбу. Зита, не выдержавшая моих криков, была выпровоженная медиком с комнаты. «Нечего невинной девушке, не имевшей еще самой ребенка, смотреть на роды женщины. Испугаем на веки» - заявила Ирма, выталкивая подругу в полуобморочном состоянии. Колия, сидела рядом на кровати, подбадривала меня, держала за руку, словно моя мама шептала успокаивающие слова.
- Молодец, вот так… уже почти все, я вот когда рожала свою дочку, тоже так кричала, ну и крику было!
- А что ж тебе не обезболили…тебе-то можно было? – в передышках между схватками, поинтересовалась. Лепет служанки и отвлекал и успокаивал немного меня.
-Мужчина мой бывший, хоть и богатый был, но уж очень жадным на деньги. А укол знаешь, какие деньги стоит? Вот и мучилась я, как и ты. Понимаю тебя. Оо, вот так, давай я тебе протру лицо.
Время шло, а ребенок так и не появлялся, боясь за свое дитя, умоляла спасти хотя бы его. Но Ирма, лишь отшучивалась, но по глазам видно было что переживает. Схватки усиливались, напряжение в комнате нарастало.
- Ааа, Иштар!- в полу осознанном состоянии, сжавшись в очередной схватке, закричала.
-Ну вот, и все! Молодец Кирочка, смотри какой маленький у тебя, - разлепив сонные глаза, увидела Ирму державшую на руках уже помытого малыша, моего сыночка, смотревшего сосредоточенно на меня, хмуря свои темные бровки. Его фиолетовые глаза, как и у Иштара, был и мне до боли родными и любимыми. Взяв его впервые на ручки, начала осматривать и щебетать над крохой.
- Мой малыш, мой сыночек! Как же я рада тебе, нежность моя. Счастье мое, - ворковала я над ребенком, не замечая радостных улыбок присутствующих, - как был бы тебе рад твой отец, он так хотел тебя, мой сыночек…
Мой голос сорвался, по щеке покатилась, одинока, горькая слеза. Сквозь слезы пыталась улыбнуться, не желая омрачать радость момента.