Идя по кораблю, Майлз наслаждался окружающей его чистотой и порядком. Не говоря уж о том, что «Принц Зерг» блистал новизной, он был задуман так, что мог использоваться и как военный, и как дипломатический корабль – без ущерба для своей боевой мощи. На таком корабле мог наносить свои официальные визиты сам император. Майлз заметил в боковом коридоре юного младшего лейтенанта. Там были сняты панели, и молоденький офицер руководил командой техников, что-то ремонтирующих в спешном порядке – хотя нет, там все еще длился монтаж. Кто-то уже упоминал, что «Принц Зерг» покинул орбиту с монтажниками на борту. Майлз оглянулся. «Если бы не воля Божия и не генерал Метцов, я мог бы быть на месте этого мальчика в офицерской форме. Стоило мне тихонько просидеть шесть месяцев на острове Кайрил…» Как ни странно, но Майлз почувствовал, что завидует этому лейтенантику.
Между тем делегация подошла к офицерским помещениям. Лейтенант Егоров провел их через приемную в спартански обставленную адмиральскую каюту – раза в два более просторную, чем любая из тех, что видел Майлз на барраярских кораблях. Когда перед ними открылась дверь, адмирал Форкосиган сидел за своим рабочим столом.
Майлз шагнул в каюту и почувствовал, что у него подгибаются колени. Он быстро и грубовато произнес:
– Вы, имперские улитки, совсем размякнете, если будете жить среди такой роскоши.
– А-а! – Адмирал Форкосиган выбрался из кресла и, торопливо огибая стол, со всего маху ударился об угол. Он крепко обнял Майлза. Майлз, уткнувшись лицом в прохладную ткань отцовского рукава, отчаянно заморгал, но к тому времени, когда граф Форкосиган отстранил его на расстояние вытянутых рук, чтобы получше рассмотреть, справился со своими чувствами. – С тобой все в порядке, мой мальчик?
– Прекрасно. А как прошел твой переход?
– Изумительно, – в свою очередь ответил граф Форкосиган. – Но имей в виду: были моменты, когда некоторые мои советники требовали, чтобы тебя расстреляли. Иногда я был на их стороне.
Лейтенант Егоров, прерванный на середине заготовленной им фразы (Майлз не слышал его, да и отец, вероятно, тоже), все еще стоял, открыв рот, и выглядел смешным до неприличия. Лейтенант Джоул, с трудом скрывая улыбку, поднялся из-за стола и, сжалившись, вежливо выпроводил Егорова за дверь.
– Благодарю вас, лейтенант. Адмирал весьма благодарен вам за службу, но сейчас вы свободны…
Тут Джоул оглянулся через плечо, задумчиво нахмурил бровь и вышел вслед за Егоровым. Перед тем как дверь за ними закрылась, Майлз краем глаза увидел, как лейтенант уселся в прихожей в непринужденной позе человека, собирающегося просидеть так целую вечность. Джоул бывал неправдоподобно вежлив.
– Элен! – С видимым усилием граф Форкосиган оторвался от Майлза и крепко сжал ее руки в ладонях. – У тебя все в порядке?
– Да, сэр.
– Не могу выразить… как это радует меня. Корделия шлет тебе самые горячие пожелания. И я должен был передать тебе, если увижу… э-э… Скажу дословно (это одна из ее бетанских шуточек): «Если хочешь очутиться дома, он там, куда тебя приведет».
– Я почти слышу ее голос, – растроганно улыбнулась Элен. – Поблагодарите ее. Скажите… я запомню ее слова.
– Прекрасно. – Граф Форкосиган отпустил ее руки. – Но садитесь, садитесь. – Он поспешно показал им на кресла, которые самолично придвинул к столу. «Боже, как он устало выглядит, – подумал Майлз с горечью. – Грегор, тебе за многое придется ответить». К счастью, Грегор и сам понимал это.
– Что нового насчет прекращения огня? – спросил Майлз.
– Пока что договоренность соблюдается. Цетагандийский флот ушел, остались только те корабли, где повреждены стержни Неклина или системы управления. И те, на которых ранены пилоты. Мы разрешили им отремонтироваться здесь. Правда, два-три из них повреждены непоправимо. Так что, думаю, недель через шесть уже можно возобновлять коммерческие перевозки.
Майлз покачал головой:
– Значит, Пятидневная война окончилась, а я так и не видел вблизи ни одного цетагандийца. Весь этот сыр-бор и вся кровь – только для того, чтобы восстановить довоенное статус-кво!
– Не совсем так. Несколько представителей цетагандийского верховного командования отозвано в столицу, чтобы объяснить императору свою «самовольную авантюру». Думаю, для них это интервью плохо кончится.
Майлз фыркнул.
– «Самовольная авантюра»! Кто ж этому поверит? Зачем им вообще это нужно?
– Здесь есть одна тонкость. Побежденному врагу надо предоставлять любую возможность сохранить лицо. Важно, чтобы он не сохранил ничего, кроме лица.
– Я так понимаю, что вы переиграли Пол. Но я ждал, что за нами прибудет лично Саймон Иллиан.
– Он так и хотел, но мы не могли покинуть Барраяр одновременно. Тогда в одночасье рухнуло бы шаткое прикрытие факта отсутствия Грегора.
– Кстати, как вам это удалось?
