- Ты слышал его? - указывая ножом на поверженного и не подающего признаков жизни Игоря, спросил Андрей. - Ты слышал, что он сказал?
Андрей отвернулся от Кати. Та, пользуясь моментом, с ногами забралась на диван и отползла к его дальнему краю. Судорожно оглядываясь по сторонам, она искала пути к спасению. Только в это мгновение она резко осознала происходящее и безумная паника смертельным ядом растеклась по телу. Катя с абсолютной ясностью поняла, что может умереть прямо здесь и сейчас. Струйка крови, стекающая от головы её брата на пол, была явным подтверждением этого.
"Соберись! Думай, думай! Он не убил меня сразу, значит шансы есть, главное сейчас - собраться!" - как заклинание, крутила она эти слова в голове, отгоняя наступавшую на глаза темную пелену спасительного забытья. Сердце билось, как после марафона, руки дрожали, дыхание участилось, всё тело будто налилось свинцом. В данный момент ей оставалось только ждать и бороться со своим страхом смерти, в надежде на призрачный шанс озарения, который позволит придумать способ спастись...
Виктор переводил взгляд с лица Андрея на зажатый в его кулаке нож и обратно. Видел лежащего на полу Игоря и перепуганную, обнимавшую себя за колени и трясущуюся Катю. Мозг, казалось, превратился в кисель, в густую медленно текущую жидкость, которая мешала мыслить так же ясно, как обычно. А в телевизоре в это время надрывался Рома Зверь со своими "Дождями-пистолетами".
- Ты слышал, что он сказал? Он признался! Витя, это они убили Олю! Почему ты мне не веришь, твою мать, - я же твой сраный лучший друг! - повторил Андрей. Впервые, на последнем слове, его голос дрогнул. Он бросил нож под ноги Виктора и теперь в ожидании ответа смотрел на него.
- Я слышал только, что он кричал... - не сводя взгляда с брошенного ножа начал Виктор. - Из-за этой чёртовой музыки я не разобрал ни слова.
- Ни слова... - эхом повторил за ним Андрей, а после бросился к своему рюкзаку, уверенным движением выхватил киянку и в ту же секунду оказался у телевизора. Замахнулся, ударил. Экран разбился вдребезги, под фонтан вылетевших из него искр. Следующие удары прошлись по аудиосистеме, колонкам и стеклянному столику, на котором они располагалась.
Разбитый телевизор ещё недолго издавал потрескивание и шипение, а после наконец окончательно затих. Звенело стекло разбитого стола. Всё замерло. Никто не издал ни звука, не сделал ни единого движения. Тишина, разбавляемая тяжёлым дыханием.
Андрей разжал руку, державшую молоток. Тот с глухим стуком упал на паркет. Андрей заметил, что осколки впились ему в руку, рассмотрел кровоточащую рану и с усилием вырвал самый большой осколок, издав при этом звук, похожий на рычание. Громко ругнулся, затем взглянул на Виктора и сказал:
- Нахуй музыку! - потом что-то поменялось в его лице. По нему пробежали судороги, выступил угрожающий оскал. Андрей закрыл лицо руками, пригнулся, шёпотом повторяя "нет, нет, нет" и мотая головой из стороны в сторону.
- Андрюха, что с тобой? - Виктор неуверенно направился к нему и, когда оставалось сделать пару шагов, уже протягивал руку, чтобы прикоснуться к другу, но тот резко отстранился от него.
- Мне нужно в ванную. Постарайся тут всё не испортить! - хрипло проговорил Андрей и, пошатываясь, вышел из комнаты.
Виктор проводил его взглядом. Глянул на Игоря, заметив, что тот пришёл в себя, но по-прежнему неподвижно лежал на полу с открытыми глазами. Катя вся дрожала, но похоже уже начинала брать себя в руки. Она сидела на диване с неестественно выпрямленной, напряжённой спиной и бегала глазами по комнате. Но едва они встретились взглядами, как она тотчас крепко зажмурилась. Напряжённая, звенящая тишина воцарилась в комнате.
- Почему ты не кричишь? - спросил у неё Виктор первое, что пришло в голову. Спросил, лишь бы развеять напряжение, услышать голос девушки. Он до сих пор слабо надеялся, что Катя сейчас рассмеётся и воскликнет: "Розыгрыш!"
- А смысл? На этом этаже живём только мы, - дрожащим, тихим голосом ответила девушка.
- Ясно...
Виктор не знал о чём ещё говорить. Он находился в шоке не меньшем, чем сама Катя. Всего лишь каких-то пять минут назад наполнявшие его голову вопросы вдруг пропали. В ушах стоял только отвратительный, непрекращающийся звон.
- Может, водички тебе дать?
Катя удивлённо посмотрела на него и утвердительно кивнула.
- Кухня прямо за стенкой.
- Нет, вообще-то, пойдём со мной. Сама покажешь.
- Я... не знаю, смогу ли встать.
- Что-то не так? Андрей сделал тебе больно?
- Вроде нет... - дотронувшись до небольшого пореза на горле и вытерев рукой кровь, ответила Катя.
- Тогда вставай, пойдём. Выпьешь воды, успокоишься. Поверь, я сам ни черта не понимаю, что здесь происходит!
