Ближе к краю поляны сидит звездолет совсем другого типа, больше похожий на «светлячка» из одноименного сериала. Рядом расставлена аппаратура, датчики которой направлены в сторону тарелки, с аппаратурой возятся бурые и мохнатые. Двое тащат к тарелке громоздкое устройство, за которым тянется толстый кабель. Неловко взбираются с ним на край тарелки и начинают резать обшивку. Летят искры.
На макушке тарелки начинает мигать лампочка, и раздается негромкий писк.
Это сигнал SOS.
Цок, цок, цок – каблуки звонко выстукивали по кафелю коридора. Эльмира Асланова, признанная в офисе красотка и любимица руководства, шла, грациозно покачивая бедрами, словно яхта на малой волне. Белоснежная яхта – белый приталенный пиджак, белая юбка до колен, белые туфли с высоченными каблуками. Как девушки умудряются ходить в таких и стопу не вывихнуть?
Сравнение с яхтой пришло на ум не только Киму.
– Вот это корма… Я бы к такой пришвартовался, – Бектемир Сахитов, для друзей просто Бек, менеджер из отдела продаж, плотоядно причмокнул.
Ким покосился на приятеля. Круглое, скуластое лицо того расплывалось в мечтательной улыбке.
– Слюни не распускай. Мы в этой очереди – тысяча-последние.
Цок, цок – Асланова остановилась у двери юротдела, взялась за ручку. Быстро взглянула на застывших, будто соляные столбы, парней. Усмехнулась то ли снисходительно, то ли презрительно, – Ким не успел понять, – тряхнула смолисто-черными кудрями… И дверь кабинета захлопнулась.
Бек снова причмокнул.
– Хороша Маша, да не наша… Почему так – чем девка красивей, тем дороже?
– Законы рынка ты ж лучше меня знать должен? Выбирай товар по своему кошельку. Вон, Светка парня себе никак не найдет. Займись, если невтерпеж.
– Это какая Светка, из бухгалтерии? Не-е, блондинки с нулевым размером не в моем вкусе. Да она и не блондинка даже.
Бек махнул рукой, отвернулся, собираясь уходить.
– А ты чего к нам на этаж поднимался? – окликнул его Ким. Вопрос был не праздным. Продажники сидели на втором этаже, айтишники, юристы, кадровики и прочие «дармоеды» – на шестом.
Сахитов удивленно оглянулся на Кима. И вдруг хлопнул себя по лбу.
– Блин, из-за этих баб всё из головы вылетело! Я же к тебе приходил! Выручи, займи деньжат до получки.
– До получки?! – Ким едва удержался, чтобы не присвистнуть. – Аванс позавчера давали.
– Да у меня голяк в этом месяце. Это вы на твердом окладе. А мы – сколько выторгуем.
– Так продавай больше.
– Угу, продашь тут… Так что, выручишь?
– Сколько?
– Тысяч пять. Лучше – десять.
– Не-е, столько не могу. Чего у родителей не попросишь?
– Да они умотали к брательнику в гости. Дай хоть сколько сможешь. У меня трубка пустая, позвонить не могу.
Ким вынул из заднего кармана кошелек, выудил оттуда пятисотку, протянул другу.
– Держи.
– Спасибо, – Бек скорчил кислую гримасу и поплелся к лифту.
Со Светланой Якоревой они чуть не столкнулись в дверях. Девушка мельком взглянула на Сахитова, но тут же увидела Кима, заулыбалась.
– Ким, привет! А у нас ксерокс поломался.
Ким невольно скользнул взглядом по ее блузке. Пожалуй, не нулевой там размер, первый. А насчет блондинки… Фиг его знает, как этот цвет называется. Бледно-русый? Или блекло-русый.
– Опять скрепками кормили? – спросил строго.
– Не знаю, может быть, – бухгалтерша беспечно дернула плечом. – Посмотришь?
– Ты за этим поднималась? Позвонить никак?
– Я звонила, а у вас в кабинете никто трубку не берет.
– Не берет, потому что некому. Это вас в бухгалтерии полвзвода. А на айтишниках руководство экономит. Толик с понедельника в отпуске, Артемка приболел, отпросился. Вот и получается, что я и админю, и по этажам бегаю. – Ким усмехнулся. – Между прочим, для таких случаев электронную почту придумали. Написала бы заявку, официально, как положено: «Системному администратору Вайнеру Киму Альбертовичу от бухгалтера Якоревой Светланы…» и так далее. Я бы прочел, поставил в очередь.
– А если бы не ты прочел…
– Чего? Как это – «не я»? Обижаешь, других хакеров у нас в компании нет.
– Ой… – Девушка стушевалась. – Я не то хотела сказать!
Она стояла в двух шагах от него и не знала, куда глаза деть. И руки с обломанными, неумело накрашенными ноготками.
– Ладно, – смиловался Ким, – пошли лечить ваш ксерокс.
Говорят, понедельник день тяжелый. Неправда! В понедельник ты свеж и полон сил. То ли дело среда. Юзеры уже достали своей настырностью и тупизной, а до выходных пахать и пахать. Среду Ким не любил особенно. И ждал с нетерпением, когда она закончится – значит, экватор рабочей недели пройден.
Сухой жар ударил в лицо, едва захлопнулась дверь, отсекая его от кондиционированной прохлады вестибюля. И это в шесть вечера! О том, что творится за окнами офиса в полдень, и думать не хотелось. Июнь только начался, но солнце палило немилосердно. И ни одного, самого завалящего дождика с майских праздников. Асфальт плавился, трава желтела, сохла и даже листики на тополях, недавно зеленые, свежие, болезненно скукоживались. Хорошо, от проходной до автобусной остановки всего полсотни шагов.
