Полученные результаты во многом оказались сенсационными. Так, наиболее решительное отторжение современных технологий наблюдалось в группе millennials — от 18 до 24 лет. При этом, однако, молодежь весьма оптимистично глядит в будущее, поскольку надеется, что технологический прогресс приведёт к более персонализированному опыту (
Сенсационность такого результата определяется, как можно догадаться, общественной иллюзией, что millennials просто обязаны любить технологии, поскольку являются аутентичными «цифровыми аборигенами», приобщившимися к компьютерам еще в памперсах и не мыслящими своего существования без технологий. Между тем 59% опрошенных в данной возрастной категории заявили о недопустимой зависимости общества от технологий, а 61% опасаются того, что технологии ведут к дегуманизации (make us less human).
Надежда millennials на персонализационную функцию технологий в будущем в цифрах выражается следующим образом: 69% опрошенных считает, что технологии улучшат их личные отношения (personal relationships), 57% верят в положительное влияние на образование, 52% — на средства передвижения, 49% — на здравоохранение. Кроме того, 49% полагают, что технологии должны целенаправленно концентрироваться на сборе информации о персональном поведении и предпочтениях. Последнее — это как раз и есть жупел «персонализации» Эли Паризера, который мы разбирали в минувшую пятницу («Рождение нового стиля из трагедии персонализации»).
Лично меня в этих данных шокировал не столько парадоксальный вотум доверия, предоставленный молодёжью «персонализации», которая в глазах моего поколения (и даже поколения Эли Паризера, рождённого в 1980 году) выглядит безусловным Злом. Гораздо чудовищнее смотрится недооценка millennials положительного влияния технологий на образование и здравоохранение, которое, опять же в глазах моего поколения, приближается к 100%. Что может быть очевиднее абсолютной пользы, которую мы получаем от интерактивных мультимедийных учебников или компьютерного томографа?
По спокойном размышлении, однако, я понял, что непонимание и неприятие именно этих — якобы очевидных — преимуществ технологий молодым поколением прекрасно вписывается в картину, где приоритетным оказываются «личные отношения» (69% надеются на их улучшение за счёт технологий), а влияние технологий на общество в общем и целом воспринимается негативно (зависимость и дегуманизация).
Прежде чем я перейду к объяснению этой «молодежной картины», позволю два дополнения: первое — это «позитивный» антитезис, представленный исследованием Penn Schoen Berland, второе — оценка результатов Биллом Оремусом, эталонным представителем интеллектуальной элиты современного американского общества.
Самыми ярыми поклонниками технологий, согласно опросу, стали женщины в возрасте свыше 45 лет. В целом именно эта возрастная категория женщин оказалась самой не удовлетворенной уровнем развития технологий. В том смысле, что молодым женщинам вовсе не кажется, что технологий не хватает для полноценной жизни и развития.
Далее — ещё интереснее. Максимальную жажду технологий проявили женщины в возрасте свыше 45 лет, проживающие в развивающихся странах, больше остальных — в Китае. 70% возрастных китаянок считает, что они недостаточно используют технологии в своей жизни; 66% уверены, что прогресс технологий улучшит образование; 58% — средства передвижения, 57% — условия труда, 56% — здравоохранение. Страсть к конкретным аспектам технологий у женщин в возрасте вообще зашкаливает: 86% хотят получить доступ к компьютерным программам, которые будут отслеживать и корректировать их трудовые навыки, 88% — учебные достижения, 77% мечтают об унитазах, мониторящих состояние здоровья (надо так полагать, на основании экспресс-анализов).
В общем и целом технологический фанатизм женщин «за 45» выглядит на голову выше, чем у «детей цифрового века».
Посмотрим теперь, как интерпретирует данные Билл Оремус. Собственно говоря, никаких своих соображений по поводу полученной статистики (на мой взгляд — совершенно сенсационной) он не высказывает (видимо — по лености :-) ), предпочитая солидаризироваться с мнением доктора Женевьевы Белл, директора Interaction and Experience Research в Intel Labs: «На первый взгляд может показаться, что millennials отвергают технологии, однако я подозреваю, что реальность сложнее и интереснее. Альтернативный вариант прочтения полученных результатов: millennials хотят получить такую технологию, которая будет больше делать лично для них, поэтому нам предстоит много работы для придания современным технологиям более личностный и менее обременительный характер».
Иными словами, молодёжь мечтает о технологиях, которые сделают жизнь лучше, проще и more fun. За упрощение жизни высказались целых 86% millennials.
