Таким образом, можно утверждать, что Сатоши владеет примерно миллионом биткойнов — количеством, достаточным, чтобы (при умелом обращении) дестабилизировать работу системы Bitcoin на протяжении длительного периода. Чего мы не знаем — так это преследуемых им целей!
Хорошо, если Сатоши Накамото — псевдоним, придуманный, например, Агентством национальной безопасности США для своего побочного проекта. Тогда в какой-то момент проект могут просто признать завершённым и закрыть. Разве можно «закрыть» пиринговую децентрализованную сеть? С кошельками Сатоши — можно: бросая курс вверх и вниз на десятки процентов за день, возможно сделать Bitcoin непригодной для использования по предназначению (как платёжный инструмент) и отпугнуть в конце концов большинство пользователей.
Если Сатоши — одиночка, вопрос усложняется. Он может оказаться бескорыстным учёным, который никогда не тронет свои накопления, чтобы не навредить обществу. А может оказаться и Доктором Зло, мечтающим стать первым триллионером планеты Земля: в таком случае стоит ждать диких, умных спекуляций, подобных биржевым манипуляциям в США времён XIX столетия. Наконец, он может оказаться просто психопатом, действия которого не подчиняются логике.
В самом нежелательном случае в игру может вмешаться третья сила: например, злоумышленники могут попытаться выкрасть у Сатоши приватные ключи к его кошелькам. А то и выкрасть самого Сатоши и принудить его эти ключи сдать. Чего уж там, на кону такая сумма, что — простите за цинизм — рентабельно выкрасть всех подозреваемых авторов Bitcoin оптом и жечь их калёным железом, пока кто-нибудь не сознается!
Словом, любопытство не праздное. В интересах самого Сатоши (если, конечно, он вменяем) явить себя миру, получить «Нобелевку» или, может быть, быть оплёванным разорёнными «инвесторами», но внести успокоение: продемонстрировать, что у него нет тайного плана. Подтвердить свою личность ему будет очень просто: достаточно потратить хотя бы копейку из самого первого кошелька Bitcoin; сделать это может только создатель системы.
Так кто же ты, Сатоши?
Эдвард Сноуден — мастер убивать надежды. За последние полгода, извлекая из представленных им материалов всё более мрачные факты, западная пресса почти развенчала надежду на то, что простому человеку возможно существовать в Сети, не попадая под правительственный надзор. Но Сеть в известном смысле делает всех нас соучастниками потери собственной приватности — ведь, уже приходя в неё, мы
Иное дело — сотовая связь. Пока мы не говорим, не получаем СМС, мы предполагаем, что невидимы. Теперь Сноуден убил и эту надежду. Вы уже наверняка слышали, что, если верить документам из сноуденовского архива, АНБ отслеживает активность сотен миллионов мобильников. Это открытие ставит несколько вопросов, отвечая на которые западные СМИ уходят в такую депрессию, в какой давно уже не были.
Вопрос первый, конечно, — что именно нашли? И на него ответить проще всего. Факт: ежесуточно АНБ собирает информацию об активности сотен миллионов мобильных телефонов вне территории Соединённых Штатов. Каждые сутки это приносит им примерно пять миллиардов записей, малая часть которых — возможности не беспредельны даже у АНБ! — сохраняется на будущее. Формальная задача в том, чтобы, наблюдая за телефонами известных и интересных Агентству субъектов, выявить их возможных сообщников. Поскольку значительная часть собираемых данных относится к категории метаинформации (уникальные идентификаторы IMEI и IMSI, номера сот, зон, другие подобные «мелочи», передаваемые даже тогда, когда телефон погашен), решается эта задача с привлечением статистики и аппарата Big Data: скажем, одновременное включение нескольких телефонов, перемещение с одинаковой скоростью, пересечения в пространстве-времени позволяют предположить наличие связи между владельцами мобильников. Программно-аппаратной основой служат аналитическая система CO-TRAVELLER и база данных FASCIA.
