Цифровой журнал «Компьютерра» № 208 полностью

Кое-кто придерживается и более радикальных воззрений. Цифровая техника сталкивает нас с виртуальностью. И если взрослый к моменту знакомства с пальцевым интерфейсом уже имеет опыт контактов с настоящим миром, с настоящими предметами и людьми, у ребёнка такого опыта, естественно, нет. Поэтому в лучшем случае ежедневно разрешённые два часа за планшеткой (рекомендация американских педиатров для дошколят) не дадут ему ничего в плане познания действительности и социализации, в худшем же организуют «перекос» в неокрепших детских мозгах. Человек развивается поэтапно, шагает от простого к сложному, от конкретики к абстракциям, и через ступеньки перепрыгивать нельзя: так уж мы устроены! Научившись швырять виртуальных птичек, рисовать цифровым пером, музицировать на экранной клавиатуре прежде, чем покушаться на настоящих голубей, лепить фигурки из настоящего пластилина, рисовать на настоящей бумаге, возводить дома из кубиков, — не разовьётся ли ребёнок в существо, для которого физические объекты, реальный мир станут чужими, неприятными? (Самое время вспомнить Адама Ланзу).

Контрарная точка зрения, естественно, тоже имеется. Оптимисты смотрят на контакт ребёнка с планшеткой так: чем раньше и плотней познакомится ребёнок с высокими технологиями, тем легче ему будет в школе. И даже приводят в пример детей, которые выучились читать сами того не желая — поскольку взрослые приложения на планшетках, понятно, предполагают умение читать.

Оптимисты уверены, что нельзя приравнивать время, потраченное на планшетку, к времени, проведённому перед телевизором: просмотр ТВ означает пассивное поглощение информации, планшетка вводит обязательный интерактивный элемент. Что же до путаницы реального с виртуальным, то и здесь есть контрдовод: разве не здорово, что ребёнок, ещё не научившийся управляться с собственным телом, уже познаёт мир? Планшетка позволяет сегодняшним детям приступить к экспериментам с окружающим намного раньше, чем имели возможность дети даже десять лет назад: он ещё не в состоянии удержать в руках игрушку, но уже способен водить пальцем по экрану — и процесс познания начался!

Наконец, само по себе деление на реальное и виртуальное подчас очень условно. Возьмите, например, детскую планшетную раскраску, рисунки в которой нужно залить цветами и текстурами, сфотографированными на камеру. Кто скажет, чего здесь больше — виртуальности или реальности?

Особенность текущего момента в том, что мы не можем знать наверняка, кто прав — противники или сторонники «контакта». Планшетки с нами всего только три года, а пальцевый интерфейс — пять. Ничтожно мало! Опыта, данных попросту нет. И эксперты рубятся друг с другом ничуть не менее горячо, чем читатели в комментариях под прошлонедельным «выдохшимся мобильником». Разве что на ругань обычно не переходят. Так что я предлагаю продолжить дискуссию — и, конечно, так же вежливо! ;-)

P.S. Есть собственный опыт? Поделитесь, ведь это интересней всего!

К оглавлению

Опубликовано 16 января 2014

Столкновение энергосберегающих источников света со старой доброй лампой накаливания остаётся одним из самых интересных процессов в энергетике. Всего год назад казалось, что дни «лампочки Ильича» сочтены: жадная до электричества, с кошмарно низким КПД, она неизбежно должна быть вытеснена более совершенными компактно-люминесцентными лампами (то, что называют CFL) и стремительно дешевеющими светодиодными (см. «Ода светодиоду»). Однако последние события позволяют предположить, что замена эта случится не так скоро, как многие надеялись. В Соединённых Штатах, до последнего дня шедших курсом на «энергосберегайки» впереди планеты всей, только что был официально отсрочен смертный приговор для самых популярных ламп накаливания, мощностью 40 и 60 ватт. И даже самые упёртые сторонники прогресса нехотя признают, что отсрочка необходима: не будь её, не миновать бы Штатам национальных волнений, сравнимых, пожалуй, только с началом новой войны или параличом правительства...