Цифровой журнал «Компьютерра» № 44 полностью

Опубликовано 24 ноября 2010 года

Электронные книги медленно, но верно наступают на рынок, пираты тоже, как говорится, не дремлют. Что станет с книжным рынком и книгоизданием в России в ближайшем будущем? Об этом «Компьютерра» побеседовала с главой издательства "Симпозиум" Александром Кононовым.

— Александр Клавдиевич, расскажите, пожалуйста, о том, как появилось издательство «Симпозиум»? Какие изданные «Симпозиумом» книги вы считаете своими главными достижениями?

- Люди, за плечами которых был опыт работы на книжном конвейере массовой литературы в 1990-94 годах, решили совместить более интересные для себя книги с заработком. Организовать «рентабельное чаепитие». Вот как-то так оно с тех пор и продолжается.

Что касается достижений, то таковыми я считаю нашу набоковскую программу: десятитомное собрание сочинений, которую мы с Сергеем Ильиным затеяли в 1991 году и завершили лет десять спустя. Плюс биографию Набокова, написанную Брайаном Бойдом, которая, кстати, в этом месяце переиздана. Историческую серию серию «Становление Европы», которая выходит с 2007 года. Несколько книг, которые без нас либо не вышли бы вообще, либо вышли бы не так как хотелось бы: первую на русском книгу Вуди Алена, «Поющих Лазаря» Флэнна О’Брайена, «Книгу рая» Мангера, книжку Эльфриды Елинек, не существующую по-немецки, только по-русски, «Волшебную сказку Нью-Йорка» Джеймса Патрика Данливи, книги Питера Хёга. Ну и хватит.

— В девяностые был популярен лозунг «россияне — самая читающая в мире нация». Соответствует ли это истине? И что вообще люди сегодня читают?

- Это, скорее, в восьмидесятые. Интерес к книгам, не прочитанным в советские времена, за восьмидесятые и девяностые был, в общем, утолен и стал угасать. Сейчас это уже древняя история.

В 2005 году 37% населения РФ сказали, что вообще не читают книг, а 52% никогда их не покупают. В 2007 году мы с финскими коллегами сравнивали тиражи одних и тех же книг, переведенных на финский и на русский языки. Финны, которых никогда, вроде, не называли самой читающей нацией, опередили (на душу населения) россиян в среднем в четыре-пять раз. В 2002 году, по такой же оценке, мы отставали от поляков в три раза. Давно не интересовался свежими цифрами, но не сомневаюсь, что процесс идет в ту же сторону.

Важнее другое: в восьмидесятые и девяностые под «чтением» понималось в первую очередь чтение книг. Ну, плюс немножко газет-журналов. Сейчас, если сложить все «чтение», сумма, может быть, и не окажется меньше. Но сложится она в первую очередь из чтения всего подряд в интернете, собственной электронной почты, SMS и перечитывания в десятитысячный раз слова «Samsung» или «Nokia» на корпусе своего мобильника. Количество чтения (в знаках или в часах), может, и не уменьшилось, но объект и результат чтения стали другими. Структура чтения за нулевое десятилетие изменилась кардинально. И книга — которую невозможно читать, не осмысляя прочитанного или перескакивая с одной главы на другую — занимает в нем теперь довольно скромное место.

— Как в целом сегодня выглядит процесс издания книги? На что тратится основная часть денег?

- Издание книги — процесс консервативный, как варка яиц, в нем мало что может измениться. Произведение находят или придумывают, оценивают возможный тираж (лучше трезво), готовят, оформляют, печатают, раздают по торговым партнерам, потом можно подремать до возврата денег. Или немножко пошуметь, чтобы лучше продавалось. Сколько-нибудь серьезный рекламный бюджет в книгу не заложить — себестоимость не выдержит и никогда не выдерживала. Для небольшого издательства основные слагаемые — это производство, зарплаты-аренда, гонорары, подготовка книги — в таком порядке, по убывающей. Покупатель же тратит основную часть своих денег на торговые наценки. Покупая в магазине книгу, вы платите половину цены магазину, четверть оптовику (он иногда есть, иногда нет) и еще четверть издателю и автору.

Оговорюсь, что сколько-нибудь уверенно я могу говорить о художественной и научно-популярной литературе для мыслящей части населения, за другими секторами я давно не слежу и не разбираюсь.