Судя по суете творящейся на этажах управления, что-то стряслось. Надо бы уже начать привыкать к тому что каждый день станут появляться какие-то кризисы и проблемы. Совсем не похоже на компьютерную игру. Ведь когда все это только началось, система меня поздравила именно с вступлением в игру, а не в глобальный мировой звиздец с неясными последствиями. Не так я себе представлял свое ближайшее будущее.
Поднявшись на шестой этаж обнаружили чуть ли не полный командный состав всего управления, тонким ручейком входящих в зал совещаний. Может у них теперь так каждый вечер. Утром намечают фронт работ, а вечером подводят итоги.
Проследовав мимо толпы старших офицеров, под их тяжелыми и суровыми взглядами, добрались до кабинета Артемьева.
— Вы где целый день шлялись⁈ — рыкнул на нас генерал, как только мы вошли в кабинет.
Памятуя о совете Ани применять печать «Ритор» в общении с генералами, решил не откладывать эксперимент и тут же наложил на себя заклинание.
— Что значит где шлялись! Мало того, что выполняли приказ по поиску конкретного вампира, так еще успели и в оперативной работе поучаствовать! Закрыли малый прорыв без потерь, отловили нелегала-метаморфа. Приструнили полукровок! А сейчас выслушиваем вопрос где шлялись!
Зря я, наверное, повысил голос с наложенной печатью. В кабинете генерала даже мебель задрожала, а еще Аня демонстративно спряталась за меня и прищурив один глаз, прикрыла уши руками.
— Ты бы полегче, ваша светлость, а то чую у меня там камни в почках начали дробиться. Действительно, сам же вам дал приказ искать этого вурдалака, — пошел на попятную генерал, откинувшись на спинку стула и схватившись за сердце. — Так, к черту кровососа, есть дела поважней. Поедешь со мной на заседание комитета по безопасности. Кстати, ты во что опять вырядился?
— Правда стильно, — ответил я с улыбкой и даже чуть выпрямился и расправил плечи.
— У нас, между прочим, уже есть уставная форма! Ладно, черт с тобой, нелегал хренов, поехали.
— Я, как смена закончится, к тебе поеду, — предупредила Аня. — надо еще в магазин успеть, а то у нас холодильник пустой.
— Вот сейчас и езжайте, Анна Сергеевна. Холодильник это святое, — улыбнулся Артемьев. — Вы мне нужны сытые и добрые, в полной боевой готовности. Очень надеюсь, что надолго это заседание не затянется.
— Не позволь взять себя в оборот, вашество, — напутствовала Аня, когда мы вышли из кабинета.
Выехали на генеральской старой волге в сопровождении одного «Урана» с пятеркой бойцов охраны, причем не одаренных, а обычных просто хорошо вооруженных.
Как только миновали садовое, почти сразу угодили в затор. Водитель волги тут же включил мигалку и выехал на встречную полосу.
— Что такого случилось, что я вам понадобился на этом совещании?
— Много всего Князь. Очень много. Наталья Константиновна тоже там будет. У нас накопились вопросы к вам как к обладателям высоких рангов и титулов. Ты пока самый адекватный среди всех прочих, хоть и буйный.
— Когда это я буйствовал, Василий Николаевич?
— Напомнить тебе про турецкий флот? Это насколько надо быть отмороженным чтобы переть фактически в одиночку на пушки боевых фрегатов!
— А нефиг было, пролив закрывать!
— К нам едут гости из других стран и все они примерно такие же как вы, с титулами и рангами. Свое правительство или порешили, или просто выперли, захватив власть. Я тебя об этом предупреждал, с нами они разговаривать не хотят. А мы с этими странами граничим, и разговаривать нам с ними придется. Пока Наталья Константиновна одна от них отбрехивается.
— Хотите выставить меня как пугало?
— У нас нет выбора, Артур. В России есть еще два князя, но у них очень низкие ранги. Один обычный одаренный, а второй и вовсе статист.
— Помню, Наташа говорила, что помимо нас еще четыре!
— Не все дожили, до сегодняшнего дня Артур.
В наступающих сумерках я так и не понял в какое именно здание мы прибыли. Потому что, как и в нашем управлении, юркнули на подземную парковку, а не подкатили к парадному входу. Знаю точно, что буквально в нескольких кварталов от кремля. В управлении к моему внешнему виду и броской одежде давно привыкли, а вот на новом месте мой наряд, мягко говоря, вызвал просто бурю нескрываемых эмоций. Любой встречный замирал от удивления и пялился во все глаза, как правило, отходя в сторонку и прижимаясь к стене. Шли сквозь какие-то залы, поднимались по лестницам, наконец оказались в просторном помещении вроде театрального холла, с большой хрустальной люстрой под потолком, с зеркалами в резной оправе. Высокие окна закрывали темно-зеленые расшитые золотом, тяжелые шторы. В холле стояла дорогая на вид, украшенная резьбой, мебель. Но выглядел зал словно бы предбанник большого кабинета с длинным овальным столом, дверь в который только открыли.
