— Я думаю, больно. Накхи иначе не умеют… Скажи, Варлыга, зачем ты опять убежал? Когда мне сообщили, что ты додумался выкопать яму и свалить туда камень, я — честно тебе скажу — от души обрадовался. Мне подумалось, что я нашел достойного человека, которому смогу поручить управлять работами в этой округе. Верю, ты бы справился.
— Высокая честь, — не разжимая зубов, процедил венд. — Да мне-то это зачем?
— Затем, что Великий Ров мы копаем не потому, что такая у меня блажь, а для спасения здешнего края от моря, пожирающего землю. Мы заботимся не о столице — до нее воды не дойдут, — а о вас, болотных вендах и бьярах! Но никто из вас не пришел рыть землю сам, по доброй воле. И не сказал: "Я желаю потрудиться, чтобы мой род, мое племя выжило…" Вы сами нас принуждаете к жестокости! — Аршалай тяжело вздохнул. — Исварха мне свидетель, я вовсе не жесток! Я люблю жизнь, и мне не нравится причинять людям боль…
— Тогда отвяжи меня!
— Я бы и рад — мне самому неприятно смотреть на человека, подвешенного на ветке, как копченый окорок. Но я однажды поверил тебе, и что из этого вышло? Давай пока оставим все так, как есть.
Варлыга промолчал, лишь презрительно вздернул верхнюю губу.
— Ты — один из тех бунтовщиков, каких во множестве присылал сюда Киран, — проговорил наместник, внимательно разглядывая пленника.
— Даже если так, что с того?
— Это был не вопрос. Тебя прислали сюда после того, как разгромили твою ватагу. Она орудовала на закатном тракте, который вел в Мравец.
— Было такое, — стараясь не шевелиться, отозвался Варлыга. — Знатно мы тогда вас, проклятые арьи…
— Впрочем, это дело прошлое, — не обращая внимания на его зубастую ухмылку, проговорил наместник. — А до того ты служил в вендской страже. Да, это тоже не вопрос.
— Служил, — не стал отпираться венд. — Много чему у вас научился. За то спасибо.
— Пожалуйста. Так вот, в ту пору вендской стражей верховодил некий Станимир. Сейчас он — один из главных вождей мятежных вендов. Можешь не отвечать, я все знаю.
— Хоть бы и так. Что с того?
— Я отвечу. А вот от того, что ты мне скажешь потом, будет зависеть твоя жизнь. Займутся ли тобой накхи или просто перережут твою веревку — и уйдут?
— Ты хочешь, чтобы я пробрался к Станимиру? Может, еще и убить его для тебя?
— Вот еще! Я наместник Бьярмы, лесные венды не в моей власти. Зачем делать чужую работу?
— Тогда что?
— Мне нужно отправить Станимиру тайное послание. Его понесет доверенный гонец. Ты и твои люди сопроводите его.
— Думаешь перехитрить меня? Решил, что я помогу убийце добраться до Станимира?
— И снова не угадал. Более того, — усмехнулся Аршалай, — если мой человек вздумает злоумышлять против твоего вождя, я разрешаю убить его.
Распухшее от побоев лицо венда приобрело озадаченный вид.
— Я говорю правду, — произнес Аршалай. — Ты сам мог убедиться: я не обманываю. Ты придумал, как убрать камень, — и стал десятником. А теперь ты ответь мне так же правдиво. Если я отпущу тебя, доведешь ли ты моего человека в вендские земли? Просто "да" или "нет". Да — ты и твои люди получаете свободу. Нет — я буду крайне огорчен тем, что с тобой сделает Данхар.
— Не стоит меня пугать, — огрызнулся Варлыга.
— Зачем мне тебя пугать? — с улыбкой спросил Аршалай. — Ты уже попался. Твоя смерть доест эту гнусную рыбу и займется своим привычным делом. Я даже не объясняю, что твоя гибель будет ужасной и совершенно бессмысленной. Не напоминаю, что перед тем, как ты отправишься к праотцам, перед тобой сложат кучкой головы всех, кто тебе поверил и пошел за тобой. А потом накхи будут убивать тебя. Долго и со вкусом.
Варлыга ничего не ответил.
— Я говорю тебе как разумному человеку, — мягко добавил наместник. — Сделай то, что я предлагаю, и это пойдет на пользу всем. Выбор за тобой.
Венд прикрыл глаза, обдумывая его слова.
— Ладно, согласен. Но имей в виду — только из любопытства!
— Я верил, что ты так ответишь.
Аршалай повернулся к главе накхов, сидевшему у костра:
— Освободи его и всех прочих беглецов.
Данхар выкинул рыбий хвост и нахмурился.
— Мои люди долго их ловили, — недовольно сказал он. — Уже дважды! Вся эта шайка — отпетые душегубы. Потом их снова придется искать по лесам.
— Освободи вендов, верни им оружие и поделись с ними рыбой!
— Может, еще штаны им отдать?!
— Штаны, так и быть, оставь себе. Выполняй.
Данхар нехотя поднялся, вразвалочку подошел к Варлыге, словно между прочим с размаху ткнул его кулаком в живот, выбив глухой стон из пленника, а затем перерезал веревку.
— От пут сам освободится, — буркнул он и бросил наземь отобранный у венда клинок. Затем Страж Севера обернулся к ожидавшим в отдалении накхам. — Тащите сюда мальчишку, которого привез наместник. Дальше он пойдет с этими.
Когда накхи и стража наместника переправились через реку, Аршалай остановил коня и обернулся на противоположный берег.
— Думаешь, они нам поверили? — спросил ехавший рядом Данхар.
