Мол.– «…Но как кого? Как персону, что способна из одного в другие дни возвращаться и стараться выдавать себя в роли продуктивного ресурса? Персону, что сопоставима частотой проявления с панихдными настроениями соседствующих в маршрутках рыл? За исключением единственного факта: от мимик не перепадает в рот гнилостный скрежет зуба.
Индивиду таковой мысли желается не быть полезным, но являться необходимым. Исходя из уже прагматических действий, вышедших в мир под активностью прокисшего разума, в абстрактную зону данной логики, можно судить о нескольких вариантах истоков…»
С.– Господин Молочкин, откуда вы взяли этот текст!?
(вытирая пот с щёк)
Мол.– «Тревога перед одиночеством…»
«…Если хочется компанейских вечеров, не усаживайте рефлекс озлобленности от своего лика в тех компаниях»
С.– [Из каких принародных щелей Алиса Степановна выудила его?]
Мол.– «Мы пришельцы бездны. Она хозяйка и наше урождённое гнездилище. Возражать основанию над личинами в нас, как её собственности? Нет-нет. Мы вернёмся. Откуда нас низвергли. Из мученического сада кож. Возвратимся. Но если "жить" в закатный срок – зудящая надобность, не ожидайте, что её выполнение (и с прытью) претворит кто ещё.
С.– Господин Молочкин?
(постукивая правой ступней)
Мол.– «Она не перепадает на прочий народ, а как следствие, народ не производит её подетально. Если вам почудилось, будто обязательство растягивать вашу жизнь было ещё за кем-то, то нет. Мы все по своему страдаем внутри себя и без кого-либо. Обездоленные в радостях…»
С.– Господин…
Мол.– «Сторонние люди не клялись в обеспечении вашего спроса на удобства бытности…»
С.– Госпо…
Мол.– «Сдерживайте его уж своими…
С.– […потерпевший?]
Минуту…»
С.– АМБРАЗУРА, ОТРЕЗВЕЙ!
(выплёвывая верхние дёсны через судейский стол)
Мол.– Рухнуло?
Зал [вытекает сквозь отверстия в сиденьях]
Мол.–
П.– [Carpe diem]
C.– (прокурору) А-а?
Мол.– (хлопок ладоней!) Так это, чего поступим..
C.– Фево? Хле люли, сколина? Налелал фево, шаллалан?
Мол.– Не столько важно, что вышло, как то, что будет видно дальше.
С.– ЛЮЛЕЙ ВЕЛНИ!
П.– Г-н судья просит вернуть людей.
С.– (паникёрно потаскивает прокурора) А-А-ВЛЯ!
Мол.– (вытаскивая из портфеля потрескавшуюся кассету) …это не выдаст особого сдвига зашедшему в никуда процессу, но… (засовывая её в судейскую видеодвойку) вы тут все осмыслите напоследок: исчез человек, когда и откуда точно, знает никто, а телодвижений никаких не проявляется.
ЗАПИСЬ…
Субъект 1. – Где его лучше искать?
«Антон» – (привязанный к офисному креслу, глаза набиты фонарями, отёк щек, губ, шрамирована переносица) Почему меня-то вы «опрашиваете»? Мы по существу и не приятели.
Субъект 2. – Слушай, он, походу, точно не имеет представление.
Субъект 1. – Есть подозрение, пиздёжь это.
Субъект 2. – А что, если нет? В таком случае, мы украли без пользы одного тупня, чтобы отыскать второго тупня. Он же нас отыщет потом.
Субъект 1. – Откуда думаешь?
Субъект 2. – Оттуда, что наш всеми уважаемый доцент припёр его не куда-нибудь, а в…
(отошли подальше)… а в институт. На кой хер сюда, в единственное для города место, где до сих пор камеры не все переломали, и то, потому что, они внутри аудиторий. Не переношу чад. Мало того, что выныривают с вовлечёнными ёблами, когда и где им быть ну никак не надо, так ещё и сознательные. Как здесь.
Субъект 1. – Чего ты истеришь? Он сотрёт материалы, нормально будет.
Субъект 2. – Ну, посмотрим.
(в кадре возникает третий субъект)
Субъект 2. – Ты сюда за кой притащился?
Субъект 3. – Подсобить. Да и из интереса, звука на камерах-то нет: как, вызнали?
Субъект 1. – Мы же согласовали, он разбалтывает, показываем ладонь, если долго ломается, кулак и предприятие мы сворачиваем.
Субъект 3. – И что, вообще ничего?
Субъект 1. – Ну, если учесть, что на неопределённое время мы имеем помятый провинциальный хер…
Субъект 3. – Чем обрабатывали?
Субъект 1. – Ты дебила нарочно играешь? Не мы наблюдателями вызвались.
Субъект 3. – Шутка юмора? Камеры сейчас приостановлены, а вот запись вашего прихода…
Субъект 1. – Ты к чему об этом говорить начал?
Субъект 3. – Ты глазок вешай на моём настроении. Или во владениях будешь иметь не 20 девственниц, а сосуд параши. Так какие инструменты, способы? Здесь темень, я в вашу камеру и не вглядывался так, как бы, чтобы капитально.
Субъект 1. – По установленному списку: крапивница, паяльник, жгут на шею, пиявки к щиколоткам, паху, вискам и векам, электрические удары, молоток для отбивки ветчины по бёдрам и той же простате.
Субъект 3. – Что еще?
Субъект 2. – Ушные пробки из кольчатых червей.
Субъект 3. – И как они такие нам помогут?
Субъект 1. – Мы их обмокаем в воске и покрываем серебряной стружкой. Они не мертвы. Окончательно нет. Витальные процессы в них ещё активно плющатся.
Субъект 3. – Это же не всё, чем воспользоваться можно?
Субъект 2. – [Бритни?]
Субъект 3. – Чего бубенишь?
Субъект 1. – Есть ещё Бритни на цепи.
Субъект 3. – Бритни? Чего это такое?
Субъект 1. – Кокаинетка из Таллахасси.
