Толкая его перед собой, она вывела его на улицу и повела к стоящей за три квартала машине. Он хромал, и ей приходилось его поддерживать. Когда они подошли к его машине, им встретился какой-то человек, выгуливающий собаку, — остановившись, он стал разглядывать наручники Петера Фредрикссона.
— Полицейская операция, — решительным голосом заявила Сусанн Линдер. — Идите домой.
Она поместила Фредрикссона на заднее сиденье и повезла обратно в Фисксэтру. Была половина первого ночи, и на пути к его парадной им никто не встретился. Сусанн Линдер выудила у него ключи и повела пленника по лестнице в расположенную на третьем этаже квартиру.
— Вы не имеете права заходить ко мне в квартиру, — сказал Петер Фредрикссон, впервые подав голос с тех пор, как она надела на него наручники. — Вы не имеете права. У вас должно быть разрешение на обыск…
— Я не из полиции, — тихим голосом произнесла она.
Он уставился на нее с недоверием.
Сусанн Линдер ухватила его за рубашку, завела, толкая впереди себя, в гостиную и пихнула на диван. В трехкомнатной квартире царил идеальный порядок, слева от гостиной располагалась спальня, по другую сторону от прихожей — кухня, а к гостиной примыкал маленький кабинет.
Заглянув в кабинет, она с облегчением вздохнула.
Услышав, что Петер Фредрикссон зашевелился, она вернулась в гостиную и поймала его, ударила, затащила в кабинет, усадила на пол и велела:
— Сиди смирно!
Потом она пошла на кухню, отыскала большой бумажный пакет из магазина «Консум» и по одной сняла со стены все фотографии. Разорванный альбом и дневники Эрики Бергер вскоре тоже нашлись.
— Где видеозапись? — спросила она.
Петер Фредрикссон не ответил. Сусанн Линдер вышла в гостиную и включила телевизор. В видеомагнитофоне имелась кассета, но Сусанн пришлось немного повозиться, чтобы найти на пульте видеоканал.
Она вынула видеокассету и долго проверяла, не копировал ли он ее.
Обнаружив старые любовные письма Бергер и материалы о Боргшё, она переключилась на компьютер Петера Фредрикссона. К персональному компьютеру IBM у него подсоединен сканер «Микротек». Приподняв крышку сканера, Сусанн нашла забытую фотографию, изображавшую Эрику Бергер на вечеринке в клубе «Экстрим», судя по баннеру на стене, посвященной празднованию Нового 1986 года.
Включив компьютер, она обнаружила, что он защищен паролем.
— Какой у тебя пароль? — спросила она.
Петер Фредрикссон, со злобным видом сидевший на полу, не пожелал с ней разговаривать.
Сусанн Линдер вдруг совершенно успокоилась. Она знала, что с формальной точки зрения весь вечер совершала преступление за преступлением, включая то, что можно классифицировать как противоправное принуждение и даже грубое похищение человека. Но ей было наплевать. Она почти ликовала.
Пожав плечами, она вытащила из кармана швейцарский армейский нож. Отсоединила все кабели, повернула компьютер к себе задней стенкой и вскрыла его при помощи крестовой отвертки. На то, чтобы разобрать аппарат и извлечь жесткий диск, потребовалось пятнадцать минут.
Сусанн огляделась по сторонам. Она уже собрала все, но на всякий случай тщательно проверила ящики письменного стола, пачки бумаг и книжные полки. Внезапно ее взгляд упал на лежащий на подоконнике школьный альбом — из гимназии Юшхольма[219] датированный 1978 годом. «Кажется, Эрика Бергер родом из юшхольмской знати», — вспомнила Сусанн, открыла альбом и начала один за другим просматривать страницы выпускных классов.
Она нашла восемнадцатилетнюю Эрику Бергер в студенческой кепочке, с солнечной улыбкой и ямочками на щеках. Она была одета в тонкое белое хлопчатобумажное платье и держала в руках букет цветов, являя собой воплощение невинной юной отличницы.
Нужную связь она чуть было не упустила, но на следующей странице что-то зацепило ее взгляд. По фотографии Сусанн бы его ни за что не узнала, однако подпись не оставляла места сомнениям. Петер Фредрикссон. Он учился в параллельном классе с Эрикой Бергер. Перед Сусанн предстал тощий юноша с серьезным лицом, смотревший в объектив из-под козырька.
Она подняла глаза и встретилась взглядом с Петером Фредрикссоном.
— Она уже тогда была шлюхой.
— Очаровательно, — сказала Сусанн Линдер.
— Она трахалась в школе со всеми парнями подряд.
— Сомневаюсь.
— Она была проклятой…
— Не продолжай. Что произошло? Тебе не удалось забраться к ней в трусики?
— Она меня игнорировала. Смеялась надо мной. А начав работать в «СМП», меня даже не узнала.
— Да-да, — произнесла Сусанн Линдер. — У тебя наверняка было скучное детство. Может, поговорим серьезно?
— Что вам надо?
— Я не из полиции, — сказала Сусанн Линдер. — Я из тех, кто занимается такими, как ты.
Она подождала, предоставив его фантазии поработать.
