«Цикл Самостоятельных Рассказов», редакция первая.Цикл самостоятельных рассказов, являющихся отдельными произведениями в различных жанрах.P. S. В дальнейшем, сборник будет пополнятся рассказами с каждой новой редакцией. Все последующие редакции будут публиковаться в рамках текущего издания. А это значит, что достаточно единожды приобрести данный сборник, чтобы иметь доступ ко всем дальнейшим редакциям в будущем.
«Гражданин Картошка» – такую кличку я получил в школе, где образование было на столь «высоком» уровне, что не все учителя, а уж тем более ученики были в курсе, что антропонимы не переводятся. При рождении же меня назвали Ситизен. Фамилия Потейто, как и положено, досталась от отца. Такое бывает, когда в самой нравственной стране на свете, где не существует секса, а дети рождаются от любви к партии, примерная с идеологической точки зрения девушка, состоящая во всех необходимых родине объединениях и общественных движениях, встречает любовь всей своей жизни в лице иностранца, приехавшего на проводимую в стране олимпиаду.
Дальше была классическая схема, которая в дальнейшем, месяцев через девять, пополнила население страны весьма интересными своей внешностью гражданами, которых доселе в государстве закрытого типа не встречалось в принципе. Собственно, я был одной из капель той волны нетипичных для наших широт жителей.
Достоверно мне неизвестно, действительно ли фамилия моего биологического отца была Потейто. По какому принципу мне подбиралось имя. Но, имеем то, что имеем. Хотя, скорее всего, фамилия вымышленная. Большинство иностранных визитеров рассматривали наш духовный, атеистический край как локацию для секс-туризма. А наши Маши, на радостях развесив уши, охотно соглашались помогать иноземцам в изучении камасутры, надеясь на удачное замужество и переезд из рая на земле, в загнивающее болото капитализма. Каким грандиозным приколом это в итоге закончилось, я уже упоминал.
У всего нашего, так называемого поколения, школьные годы были более чем веселыми. Дремучее общество, среднестатистический член которого обычную колбасу видел максимум два раза в год (как правило, случалось это в новый год и на день рождения) вдруг видит внешне непохожего на себя человека. Идеологически убежденный атеист, вмиг превращался в суеверную бабку, подозревающую всякого с виду нетипичного человека в колдовстве, поедании детей и прочих грехах рода людского.
Такое детство на каждого из нас повлияло по-разному. Кто-то покончил с собой, кто-то в бандиты подался, а некоторым чуть ли не академиками стать удалось. Благо в кругу интеллигенции, таким как я, жилось куда проще. Мне же просто удалось сохранить человечность и шагнуть во взрослую жизнь с высоко поднятой головой. Правда, в дальнейшем я так же чувствовал себя не в своей тарелке, будто родился не там, где следовало.
Учебное заведение, как и будущую профессию, я выбирал, отталкиваясь от принципа «чем меньше контактов с примитивными формами человекообразных особей, тем приятнее жизнь на белом свете». Все низкоквалифицированные профессии, в виду характерного для них контингента, отвалились сами собой, как и учреждения образования, рангом ниже высших учебных заведений. Правда планировал я свое будущее, отталкиваясь от существующей тогда уравниловки (система, при которой представители любой профессии получают примерно одинаковую зарплату, независимо от квалификации, приложенных усилий и тяжести самой работы). Но, свершилось неожиданное.
Великая империя, она же дом народов – выдала последний писк и благополучно развалилась. Теорий на этот счет было много, но что было правдой, никто разбираться не стал, ибо наступили не самые сытые времена. Людям было не до политики. Вчерашние атеисты, получавшие за свою идеологическую приверженность курсу партии бесплатные квартиры и прочие бонусы, сразу после развала системы ринулись в церковь. Видимо выпрашивать бесплатное жилье уже на том свете. Хотя, вероятнее всего, это связано с генеральной линией «новой партии» по замене обычного хлеба, на хлеб духовный. Страна новая, порядки старые. Тотальная нищета, плавающие по улицам фекалии и беспрекословное следование назначенному сверху курсу.
Большинство населения нашей «необъятной» такой расклад устраивал. За тебя обо всем подумают, за тебя все решат и скажут, как правильно. Твоя задача лишь исправно батрачить, меньше думать, больше смотреть телевизор и обязательно вступить в партию. Привилегий это, правда, никаких не давало, но членские взносы мудро осваивались в карманах руководства. Так и жила десятилетиями серая масса по принципу дом-работа-дом, не забывая каждый вечер опрокинуть рюмку далеко не самой дорогой водки, закусив тем, на что хватило средств. Но даже такой способ абстрагироваться от реальности не делал людей хоть немного счастливее. Гуляя по улице, можно было наблюдать в большинстве своем угрюмые лица, словно морда бульдога, только что слизавшего сперму с крапивы. А стоило выйти в город с хорошим настроением, прихватив на прогулку легкую улыбку, так на тебя начинали кидать взгляды, будто ты враг народа. Полиция и вовсе могла задержать, подозревая радостного гражданина в наркотическом либо алкогольном опьянении.
