Бывшая агентесса хроно-департамента никогда не доверялась случаю. Сенька зря считал наставницу надменной, Миранда предусматривала – все. Поскольку – хорошо учили.
…– Отдохнем немного или сразу в город оправимся? – спросил Журбин, появившуюся в единственной комнате домика девушку.
– Моему носителю нужен полноценный отдых, – ответила Тамара-Миранда, присаживаясь на одну из двух кроватей. – Дело к вечеру, начнем работу завтра. Вещи сам разложишь или мне помочь?
– Нет, справлюсь. Отдыхай.
Сенька ловко разбросал одежду и предметы туалета по шкафчикам и тумбочкам, сел в угловое кресло и хмуро уставился на темный экран телевизора. Расслабленное, вытянутое тело Тамары-Миранды равномерно поднимало грудь. Наставница приказала организму – отдыхать.
А вот Арсений отдыхать не мог! Переживал, что не прислушался к совету ведуньи – поторопиться!
Они с Мирандой исходили из расчета, что в запасе есть неделя. Останавливались на ночлег, почти сутки угробили на поиск шины и запаски для Гелендвагена!
А вот если бы приехали, хотя бы день назад, нашли б могилу, в чьей земле о т д ы х а е т нож Фаины…, да отправили Кордону сообщение – мы пришли за своим и в з я л и… Не воруй детей, урод, угомонись!
– Не переживай так, Сеня, – неожиданно раздался тихий голос. – Зачистим мы Кордона и его гнездо. Вернем ребенка дедушке.
Арсений изумленно поглядел на спящую девушку: лицо расслаблено, глаза закрыты – не подсматривают! взял с тумбочки планшетный компьютер и занялся проверкой последних новостей на городских сайтах.
Еще по дороге в Н-ск Миранда по спутнику провела рекогносцировку местности, так что напарники знали, что их ждет на месте. Арсений уверенно рулил к домовладению на окраине города, где располагался учебный центр, или как приверженцы Кордона сами его называла – храм "Грядущий Тьмы": посреди огромного, превращенного в сплошной газон участка их ждал трехэтажный дом из красного кирпича. Стилизованный под средневековый замок, с угловой округлой башней, мрачный и претенциозный. О т д а л е н н ы й.
Арсений не стал выводить Гелендваген на открытый участок, остановился на обочине у невысоких придорожных зарослей. Прямо перед ними, через поле, стоял окольцованный глухим каменным забором внушительный домина под зеленой черепичной крышей. С презрением взирал на мир.
Незаметно подобраться вплотную к гнезду Кордона, было совершенно невозможно: на кирпичных столбах ограды стояли несколько камер наружного наблюдения. Арсений отстегнул ремень безопасности, Тамара-Миранда достала из бардачка термос с кофе, разлила его по пластиковым чашечкам. Ожидание могло затянуться надолго. Скука, тягомотина, обсуждать нечего: давным-давно все решено, расписано. Корректировка возможна по степени необходимости.
Миранда и Арсений давно постановили, что проникать в храм черных по видом новоявленных адептов, устраивать свистопляску с внедрением в ряды сподвижников, – нет смысла. Достаточно дождаться появления кого-то из учеников Кордона. Подселиться в черного адепта, пройти на территорию, переместиться в Марка и узнать, где эта сволочь ножик прикопала.
И если бы не история с похищением младенца, напарники разобрались бы с проблемой за один день! Внедрились, разузнали, прогулялись до кладбища, ножик выкопали и попутно надавали пендалей. С утра пораньше – в обратную дорогу.
Миранда, правда, предлагала учинить Кордону нехилую проблемку со здоровьем. Чтоб занялся лечением, а не отъемом движимости и недвижимости у ближних с затуманенными головами. В результате недавних событий, Журбин был с ней согласен: таки стоилоуложить "мессию" в больничку как минимум на год.
Но и подобная задача вполне вписывалась в суточные временные рамки: полевому агенту хроно-департамента прервать изнутри работу одной почки или легкого – раз плюнуть! Миранда могла и сердце Марка остановить.
Но Арсений был против радикальных мер. Утром, за завтраком он предложил иное:
– Может задержимся, Миранда, ненадолго? Развлечемся. Устроим "черным" Варфоломеевскую ночь?
– Дом предлагаешь запалить? – окуная в кофе рогалик, безмятежно поинтересовалась напарница-наставница.
Арсений мстительно ухмыляясь:
– Ну зачем же из него бедолагу погорельца-то делать? Он ведь себе еще нахапает…, безбожно. Я предлагаю сделать из Кордона посмешище. Заставим его, к примеру, покукарекать и полаять, в штаны мочиться… Черные его сами спеленают и в психушку отвезут.
Тамара-Миранда положила надкусанный рогалик на блюдце. Внимательно посмотрела на ученика.
– Журбин, я не зря потратила на тебя усилия и время.
И то была наивысшая похвала! По фамилиям Миранда называла лишь мужчин: Завьялова и Косолапова. Ученика впервые назвала не "Сенькой-Сеней-Арсением-Арсюхой", а обратилась как к равному партнеру, по фамилии.
