– Жалко детку, да? – усмехнулась Тамара-Иная и развела руками: – А куда деваться? Ты не переживай, она – продукт ценный, поживет еще. Мы о ней позаботимся. Вот только как мою в т о р у ю бабушку найти… Куда они с Егоршей испарились?
"Похоже, Платон не знает, что мы объединились с рысями", – секундно порадовался Журбин и поинтересовался:
– Это и есть твой вопрос?
– Да что ты заладила – вопрос, вопрос?! Нет! Думаю я вслух! Размышляю!
"И что ж Иную так замучило-то? В чем ее проблема?!"
– Так спрашивай.
Тамара-Иная поменяла позу, впилась зрачками в лицо Артема-"Миранды" и едва слышно прошептала:
– Скажи, подруга. Как ты могла такого мужика бросить? А?
Журбин опешил только на секунду.
На первый взгляд – вопрос исконно бабский и практически пустой.
Но это лишь на первый взгляд. За сим вопросом многое стояло.
Вот вроде бы: "Скажи, подруга, за что таких неповторимых мужиков бросают?" Да?
Но вот не просто все. Не просто. Даже не приди сюда соглядатай Серафима, Журбин и так бы понял: подспудно вопрос звучит иначе: "Подруга, Платону можно д о в е р я т ь?"
Если "неверная подруга Извекова" упрется в личные мотивы и какие-то этические ценности, Иная – выдохнет с облегчением. Бывшие любовники расстались из-за каких-то принципов. Соратники рассорились из-за разногласий в методах ведения борьбы, Миранда поняла, что не сможет жестко поступить с современниками и потому перешла на сторону закона и порядка… Короче – для Иной проблема выеденного яйца не стоит.
Но вот если бывшая боевая подруга почуяла в партнере двойное дно, лукавство… Отказалась продолжать борьбу с современниками, побоявшись, что становится лишь ступенью к трону, пушечным мясом для беспринципного любовника… Тут – коренной-то интерес и наступает. Вопрос доверия и целостности шкуры, куда важнее.
Иная прятала настоящую заинтересованность за многословием:
– Вот ты скажи, чем он тебя не устроил? Любовник – фантастический! Поверь, я многое успела тут попробовать, но вот Платон…, – лукавая девица закатила глазки: – Супер, стоящий мужик! Эта старая курица Серафима, высохла уже давно, а от него как кошка стонет. Это вас в вашем департаменте таким штучкам обучили, да? ты тоже умеешь эдакое с мужиками вытворять?
Если бы Журбин в первую же секунду не уяснил, что Антипод его морочит, то сейчас – голову на отсечение! – поверил бы, что Иную в самом деле интересует только секс! Глаза Тамары-Антипода разгорелись, губы припухли, девушка жадно смотрела на "собеседницу" и выглядела стопроцентно достоверной:
– Если ты возьмешься меня обучить вашим п р и е м ч и к а м, клянусь! Будешь жить, пока со мной работаешь!
И вот тут-то Журбин запутался в самом деле. "Иная предлагает мне с о т р у д н и ч е с т в о?! Нашла точку соприкосновения и вербует?! Или… все-таки…"
"Или, все-таки" и еще вербует. Два результата в одном флаконе в зависимости от "собеседования".
Хитра зараза! Небольших телепатических способностей Киреева все же хватило, чтобы уловить оттенок лжи.
– Ответь, – продолжала Тамара-Антипод. – Почему ты предала Платона?
– Он сволочь, – совершенно честно произнес Артем-Арсений. – Люди для него – тлен.
– Все или… в зависимости от интереса?
– Все. Ты уже сама все знаешь, Платон идет по головам.
– То есть…, – Тамара-Антипод задумчиво закусила губу. – Ему нельзя верить?
– Категорически – нельзя.
Тамара-Иная откинулась назад на спинку креслица. Задумчиво оглядела связанного мужчину напротив…
– А ты меня просчитала, подруга, – произнесла с уверенностью. – Что ж… Жаль. Я надеялась на откровенность.
– Ты ее и получила.
– Ой ли?
– Мне кажется ты намекнула мне на возможность создания "Женского клуба"?
– Не исключено… Не исключено… – Девушка резко встала, снизу вверх поглядела на Киреева-"Хорн": – Но сейчас ты мне пообещаешь купить луну и подарить на день рождения.
Тамара-Иная тягуче и раздумчиво усмехнулась, повернулась к выходу из палатки…
– Остановись, Тамара, – о с о б ы м голосом Фаины сказал Артем-Арсений. – С т о й.
Журбин не знал, как подействует на Иную, находящуюся в теле е г о Тамары, кодированный приказ бабушки шаманки. Подействуют ли на внедренный интеллект голосовые модуляции, отпечатавшиеся в мозгу носителя?! Туз припрятал в рукаве, надеялся, что тот – козырный.
И Тамара-Антипод замерла как вкопанная.
– Подойди ко мне, Тамара, – приказал Артем-Арсений. – Расстегни наручники.
Тамара-Иная медленно развернулась. Подошла к скованному мужчине и, присев перед ним на корточки, потрогала оковы. Потрясла их…
– У тебя нет ключей? – догадался Журбин. – Говори. Отвечай.
– Ключи у Серафимы.
Паршиво.
– Развяжи веревку на моих ногах.
Девушка покорно начала возиться с затейливым узлом. Запуталась, в заторможенном состоянии возилась долго. Но наконец расправилась с завязкой.
– Сколько закрытых в лагере?
– Одиннадцать человек.
– Сколько уехало с Платоном.
– Двое.
– Когда они вернуться?
– Вечером.
Журбин придал конкретики:
– Платон уехал в область или в райцентр?
– В райцентр.
Тоже не слишком хорошо. Обернется – быстро.
– Который сейчас час?
Тамара наморщила лоб, пошевелила губами…
– Половина третьего. Без пятнадцати…
