Цимбелин, король Британии.
Клотен, сын королевы от первого брака.
Леонат Постум, муж Имогены.
Беларий, изгнанный вельможа, скрывающийся под именем Моргана.
Арвираг, Гвидерий — сыновья Цимбелина, скрывающиеся под именами Полидора и Кадвала, мнимых сыновей Моргана.
Филарио, друг Постума, Якимо, друг Филарио — итальянцы.
Француз, друг Филарио.
Кай Луций, римский полководец.
Римский военачальник.
Два британских военачальника.
Пизанио, слуга Постума.
Корнелий, врач.
Два дворянина.
Два тюремщика.
Королева, жена Цимбелина.
Имогена, дочь Цимбелина от первого брака.
Елена, прислужница Имогены.
Вельможи, дамы, римские сенаторы, трибуны, призраки, прорицатель, голландец, испанец, музыканты, офицеры, солдаты, гонцы и слуги.
Первый дворянин
Кого ни встретишь — вид у всех унылый.
Не столь покорен дух наш небесам,
Сколь королю придворные. Все тщатся
Монарху подражать.
Второй дворянин
Но что случилось?
Первый дворянин
Дочь и наследницу свою король
За сына королевы прочил замуж
(Король ведь на вдове женат); а дочь
Другого полюбила; он хоть беден,
Но человек достойный. Брак свершился,
И вот она в темнице, он — в изгнанье.
Все с виду хмуры, хоть один король
Скорбит глубоко.
Второй дворянин
Только ли король?
Первый дворянин
И тот, кто потерял ее, конечно;
И королева, жаждавшая сына
На ней женить. А те, кто носит маску
Печали на глазах у короля,
В душе ликуют, радуясь причине
Своей притворной грусти.
Второй дворянин
Почему же?
Первый дворянин
Тот, кто принцессу упустил, так низок,
Что недостоин даже низких слов.
А тот, кто овладел (ее рукою —
Хотел сказать я) и за это изгнан.
Таков, что, обойди хоть целый мир,
И все равно нигде найти не сможешь
Соперника ему по совершенной,
Не знающей изъянов красоте
Души и тела.
Второй дворянин
Похвала чрезмерна.
Первый дворянин
Нет, только соразмерна. Я скорее
Приуменьшил достоинства его,
Чем переоценил.
Второй дворянин
Кто он? Откуда?
Первый дворянин
Я знаю род его лишь в двух коленах.
Его отец Сицилий славно бился,
Когда Кассивелаун шел на римлян,2
Потом служил Тенакцию, который
Пожаловал ему за храбрость земли
И Леонатом за нее прозвал.
Еще двух сыновей имел Сицилий;
Те пали на войне с мечом в руках.
И он (уж старый и детей любивший)
Удара этого не снес и умер.
Его жена, родив на свет того,
О ком здесь речь, скончалась. Наш король
Берет на попечение младенца
И нарекает: Постум Леонат;
Растит и делает пажом; дает
Все знания, что юности доступны,
И мальчик их впивает словно воздух —
Учителя за ним не поспевают.
А вскоре зримы стали и плоды:
Его (столь редкий случай!) все любили
И восхваляли при дворе. Для юных
Он был примером, для мужей в летах —
Зерцалом совершенства, и для старцев
Поводырем. Принцесса доказала,
Его избрав (за что понес он кару),
Как высоко она его ценила,
И явствует из выбора ее,
Что он за человек.
Второй дворянин
Его я чту
По одному уж вашему рассказу.
А дочь у короля одна?
Первый дворянин
Одна.
Двух сыновей имел он, — коль угодно,
Я расскажу. Был старший сын трех лет,
Второй еще грудным, когда обоих
Похитили из детской, и о них
Никто доныне ничего не знает.
Второй дворянин
А сколько лет с тех пор минуло?
Первый дворянин
Двадцать.
Второй дворянин
Украсть детей у короля? Неужто
Так плохо стерегли их и искали,
Что не нашли следов?
Первый дворянин
Да; как ни странно,
Как ни смешна подобная небрежность,
Но это так…
Второй дворянин
Я верю вам вполне.
Первый дворянин
Нам надо удалиться: вон идут
Сам Постум, королева и принцесса.
Королева
Нет, дочь моя, поверь: хоть и клевещут
На мачех часто, нет во мне и тени
Враждебных чувств; ты узница моя,
Но твой тюремщик сам тебе вручает
Ключ от темницы. — Постум, а за вас
Ходатайствовать буду я, как только
Смягчить сумею сердце короля.
Сейчас он в гневе; право, вам бы лучше
На время подчиниться приговору.
Пусть разум вас вооружит терпеньем.
Постум
Я еду.
Королева
Да, опасность велика.
Терзаниям любви запретной вашей
Сочувствуя, я выйду в сад, хоть вас
Король вдвоем велел не оставлять.
Имогена
О доброта притворная! Как нежно
Змея ласкает жертву, больно жаля. —
Супруг любимый! Страшен гнев отца,
Но надо мной, хранящей долг священный,
Его бессильна ярость. Уезжай!
Я ж под обстрелом злобных глаз останусь
И силу жизни буду черпать в том,
Что я тобой — сокровищем — владею,
Что свидимся мы вновь.
Постум
Моя царица!
Любовь моя! О милая, не плачь,
Иначе повод я подам к упрекам
В чувствительности большей, чем мужчине
Пристало. Буду самым верным я
Из всех мужей, святую клятву давших.
Филарио, друг моего отца,
