Теперь я пытаюсь больше к себе прислушиваться и замечаю изменения. Я чувствую, что намечается что-то масштабное. Как я это знаю и откуда, не понять, просто знаю. Только вот что? Может быть, война? Арес часто упоминал войну. Или это беспокойство связано с возможным переворотом?
Так же в это время я много общалась с Орестом, но в мыслях пыталась уже называть его дедушкой. Пока что не очень удавалось, но я уверена, что это вопрос времени. Да и соратники мне понравились. Они приветливы и общительны. Сами идут на контакт. И приятно то, что воспринимают меня серьезно. Внимательно слушают мои предположения и выдвигают различные теории.
Кто бы мог подумать, что кто-то старше будет серьезно воспринимать то, что говорит какая-то девчонка.
Но мне было и страшно. А если я ошибаюсь в своих предположениях, что тогда? Даже думать об этом не хочу.
Мысленно возвращаясь к Лангерсту и нашей тренировке, я спросила о том, что хотела попробовать уже давно:
— А портал открыть ты меня научишь?
И да, я с ним на ты. Он сразу же отчитал меня насчет этого. Объяснив тем, что старикам можно выкать, а он еще молод.
— Тут не ко мне, красавица. Арес мне голову оторвет. Если ты ошибешься… короче, это может быть опасным делом, и я не хочу брать на себя такой риск.
Я не могла понять, то там может быть такого опасного. Я ведь однажды переместилась. О чем я и хотела ему сказать, но наше уединение было прервано.
На поляну вышел Арес собственной персоной. В первое мгновение я ощутила радость, наконец-то, и только тогда начала присматриваться. На лице никаких эмоций. Полное равнодушие. И это равнодушие начало злить меня. Но даже такой он был красив, и это я могла признать, но только себе и мысленно. Большой, широкоплечий, черные волосы перевязаны. Одет в черную форму, которая хорошо прилегает к телу, давая простор для фантазий, хотя я никогда не видела обнаженного мужчину. Мне приходилось наблюдать соитие между мужчиной и женщиной, но это было издалека, и всегда оба были одеты. Не о том я опять думаю. Иногда мои мысли — злейший мой враг.
— Я тогда пойду. Других дел тоже набралось, — прервал мои мысли Лангерст и быстро удалился, скорее, сбежал, струсив.
И вот теперь мы остались вдвоем. Но тишина долго не продлилась, после ухода новоявленного друга.
— Интересно, и о чем же ты думаешь, что так покраснела? — вполне спокойно и равнодушно спросил Арес.
— Если вам что-то не нравится, то можете не смотреть на меня, — мои слова прозвучали, как у обиженной девушки.
Да, под злостью скрывалась жгучая обида… и боль. Я хотела чтобы он был рядом все эти дни. Даже если и не мог меня обучать, но проведывать ведь мог. Или чем он таким занимался, что не нашел минутки открыть портал и переместиться ко мне? Как глупо это звучит «ко мне», словно между нами что-то большее, чем отношения учителя и ученицы. Но мне… хотелось и… не хотелось. Правильно говорила бабушка, женщины часто не знают, чего хотят, пока не случается что-то непоправимое.
Даже на мой эмоциональный выпад он ответил спокойно, однако я уверена, что это до поры до…
— Не получится, обучение нужно проводить дальше.
— Дальше? Судя по тому, что вас не было, вам безразлично, как продвигается обучение.
— Смотрю, ты злишься на меня. Хорошо, можешь выплеснуть всю злость…. Нападай, — и каменное лицо превратилось в усмешку, которую так и хотелось стереть.
Опять он меня подстегивает. Знаю я это, уже проходили в самом начале.
— Я не злюсь и не буду нападать на вас. Не говорите ерунды!
— Ты подчиняешься мне! Если я сказал нападай, что ты должна делать?
Видимо, его терпение небезгранично, или это тонкая игра с его стороны. Но вопрос остался без ответа, так как я двинулась навстречу. И еще не успела сделать маневр в его сторону, как оказалась с заломленной рукой, крепко прижатой к его спине. И только теперь воспоминания нахлынули ледяным потоком. Ведь я уже была в такой ситуации, только с небольшим изменением. Вторая его рука обвила мою талию… он так крепко прижимал меня. Страшно и волнительно, но страха больше.
— В тебе опять проснулась обиженная девчонка. Ты должна думать как воин… Чистый разум, холодный расчет. А от тебя так и бьет эмоциями… Эмоции на поле боя — прямой путь к загробной жизни.
После своей пылкой речи он отпустил меня и оценивающе осмотрел. Нет, не так, как смотрел в то утро, когда все внутри горело и плавилось. Видимо, он что-то обдумывал… или рассчитывал, поди пойми его сегодня. Казалось, я его уже знаю, но вот в такие редкие моменты он был абсолютно чужим. И таким он становился, когда был погружен в другие дела.
— Но вы ведь сами говорили, что эмоции — это хорошо, — и я после его лекции вроде успокоилась и смогла задать вопрос.
— Это было хорошо для начала твоего обучения, когда тебе было страшно и подумать о том, чтобы ударить кого-либо, но теперь нужно заняться серьезным делом. Нужно двигаться дальше. Итак, нападай.
