Пока мы шли, я вспомнила Ореста. Его, я бы даже сказала, злющий взгляд. Такого я еще его не видела. И от этого было горько на душе. Если он не был под влиянием, то ему должно было быть все равно, с кем я отправляюсь. Тут получается только одно, он хотел меня перенаправить в замок. Но для чего и зачем? Разве я кому-то нужна в замке? Единственный, кто хотел меня когда-либо заполучить, это мой якобы жених. Но уже столько месяцев прошло. Он мог запросто меня найти, но попыток похищения-то не было. Значит, он отпадает. Да и какой из него заговорщик? Даже сейчас вспоминая его, мне хочется смеяться. Он был слишком несерьезным для таких масштабных деяний. Хотя лица людей бывают и обманчивыми. Случается ведь такое, что и себе больше не можешь доверять, а другому и подавно. Нужно было больше прислушиваться к советам и рассказам бабушки. Только теперь я начала замечать, что все ее слова были правдой. Но что я тогда понимала? Ведь я еще и сейчас в душе не совсем повзрослела. И ситуация меня заставляет. Надеюсь, что все ответы совсем скоро всплывут на поверхность, ведь заговор не должен длиться вечность и из-за этого люди не должны погибать. Как многие из нас сегодня.
Когда мы уже почти спустились, было хорошо слышно удары мечей о щиты, и то, как копья бьют о землю. Воины сами создавали военною мелодию для поднятия духа. Которая и меня начала захватывать.
Вблизи они смотрелись захватывающе, и пока Лангерсть вел меня вглубь радов, я присмотрелась к их лицам. И заметила, что боевые маги были расставлены по определенной схеме. Те стояли как… на шахматной доске? Да, точно!
— Циона-а!
Откуда-то раздался крик, но я не поняла откуда. Я только ощутила, как меня зажали с двух сторон.
— Спасибо Всевышнему, ты цела, ты цела, — пробормотал мне в волосы Крис.
— Нам хоть и сказали, что ты жива, но все равно не верилось, — пробормотал Арно. — Живучая же ты.
Мне хотелось плакать от счастья и… от страха. Вся наша дружная компания здесь. Если что-то случится хоть с одним из них. Сердце сжималось от переживаний. Им ведь придется рассчитывать только на свое умение. Это ведь только у меня дар.
— Простите меня, ребята. Я не специально. Я не хотела, чтобы вы волновались… Кстати, как вы меня заметили, тут ведь столько воинов?
— Я заметил, как кто-то спускался по склону. Вот и пригляделся. А там ты, — ответил Крис.
Они до сих пор душили меня в объятиях. Но было так хорошо. Словно они забирали все переживания и страхи. Хотя тут просто моя радость все затмевала. Все равно я была рада.
— Так, мелкотня, а ну отпустили девушку. Сколько можно ее тискать. У нее ведь и так есть кому потискать, — проворчал Лангерст.
Его высказывание меня смутило.
— Так-так-так.
Отодвинули меня парни и смотрели то на меня, то на Лангерста. Но их улыбки мне так и хотелось стереть с лиц… Да и не о том они сейчас думают. Совсем с ума сошли.
— Познакомтесь, это мой друг, Лангерст.
Парни между собой поздоровались. Но никто из них не забыл слова Лангерста.
— Давай, признавайся. Кто тот счастливчик?
— Вы не слушайте его, он всякую чушь несет.
Только на мое высказывание Лангерст так громко хмыкнул, что даже в этом гомоне можно было расслышать.
— Ладно, я и так догадываюсь, кто тот храбрый.
— Не только ты. Еще в академии и так все было понятно.
— Ладно, парни, шутки шутками, но нам пора занять позиции. — Я даже хотела поблагодарить Лангерста за такие правильные слова. Так как я уже и так стояла красная как рак.
Опять обнялась с парнями, пожелала удачи, попросила, чтобы были внимательны.
И Лангерст потянул меня дальше.
Слишком далеко нам идти не пришлось. Повертев головой, я почти ничего не видела, так как стражи намного больше и мощнее меня. Но я примерно могла понять, что мы находимся посередине. Ясно, что это место менее опасное, чем другие, если можно так сказать. Но не нужно забывать о катапультах, если враги выпустят снаряд, тут только удача спасет меня.
Лангерст указал мне на место, а сам отправился чуть дальше, но перед этим молча обнял. У меня даже нервный смешок вырвался. День обнимашек. Аж не верится. Да сегодня вообще лезли в голову одни глупости. То смеяться хотелось, то дикий страх накатывал.
Когда осталась одна, я повертелась вокруг, но так и не разглядев ничего, встала прямо, как и все остальные. Вначале ближайшие стражи посматривали на меня, но, к моему душевному спокойствию, быстро прекратили. Уверена, они сами в предвкушении бойни и крови. Эта я боюсь, но воин ведь должен быть бесстрашен. Только вот легко сказать, а свои ощущения не так-то просто контролировать.
