— Господа, давайте не будем обсуждать такие ужасные известия за нашим прекрасным ужином! — И тут же обратилась ко мне: — Не так ли, Циона?
— Да, матушка, вы абсолютно правы, — хотя мне до ужаса хотелось расспросить лорда, что происходит в мире.
Я почти ничего не знаю о том, что творится за пределами усадьбы. Единственное спасение — это маг-газеты, которые я иногда покупаю в ближайшей деревушке. Время от времени там можно вычитать сенсационные сплетни. Но вот о нападениях каких-то там чудищ я не слышала. Возможно, все не так страшно, как рассказывает наш гость.
Хорошо это или нет, но наш ужин закончился. О возможном браке никто ничего не говорил. Надеюсь, что все будет не так, как в старые времена. Утром приходили родители и ставили перед фактом: сегодня ты выходишь замуж. Вот тогда будет самый настоящий кошмар, ведь мое сердце говорит, что это не мой мужчина.
Перед тем как выйти из столовой, милорд обратился ко мне:
— Миледи, я видел, что у вас прекрасные сады. Надеюсь, вы составите мне компанию во время завтрашней прогулки?
Мне так и хотелось спросить, какой именно прогулки, но, видимо, ему позарез была нужна жена, раз лорд так легко спустил мою грубость.
— Почту за честь, милорд, — и в дань уважения поклонилась я.
— Ну что вы, я ведь просил, просто Валлер.
— Хорошо, Валлер. — И тут я вспомнила: — Только если матушка не будет против и сможет меня сопроводить.
— Разумеется! Но это уже завтра. А Ционе пора отправляться к себе в комнату, уже поздно. Спокойной ночи, миледи, — сказал он и взял мою руку для легкого поцелуя. При этом легонько пожал запястье, что отозвалось странным ощущением в теле — приятным.
Это меня разозлило.
— Спокойной ночи, милорд, — и я одернула свою руку, так как это уже переходило все рамки приличия.
— Батюшка, матушка, — присела в низком поклоне, — спокойной ночи. — После чего отправилась подальше от всего непонятного.
Уже в комнате, пока служанка меня раздевала, я все осматривала руку и думала, что же такого он сделал? Он не маг, это сразу понятно — у них цвет глаз более яркий, чем у обычных людей, да и женятся такие на себе подобных, ведь их осталось совсем мало. Я была в полном смятении и хотела быстрее разобраться, поговорить с батюшкой. Он меня любит, но по-своему. Никогда ни в чем не ограничивал и давал полную свободу, ну, относительно полную. Другое дело матушка. Она отправила бы меня в монастырь и держала в запертой келье, будь у нее такая возможность. Однажды, в момент злости, она сама сказала об этом.
Хорошо, но все это я узнаю завтра, а сегодня лучше выспаться. Чую, это будет особенный день.
На следующее утро я сама выбрала платье. Темно-голубое, невзрачное, наглухо закрытое, чтобы не привлекать лишнего внимания. О мужчинах я кое-что знала не только из рассказов бабушки. Многое видела в деревушке, особенно по праздникам. Тогда хмельные напитки употреблялись в большем количестве, чем обычно. И часто можно было видеть, как молодые парни пытаются соблазнять девушек, а потом в подворотнях парочки предаются любовным утехам. Ко мне там все настолько привыкли, что никто не стеснялся и не скрывался — говорили прямо. Единственное, к счастью, ко мне никто не приставал. Однажды один из моих друзей сказал: «Живи свободно и познавай реальную жизнь, пока можешь, ведь тебе скоро выберут мужа — и тогда жизнь будет потеряна». Теперь я начинала понимать его слова. А тогда казалось, что ничего не может измениться.
Завтракали мы с матушкой одни. Она презрительно осмотрела мой наряд, но ничего не сказала. Однако молчание обычно длилось лишь до того момента, пока я не нарушу приличий.
— Матушка, а батюшка в усадьбе?
— Нет, он вместе с лордом Радзивиллем обходит имение.
Что за… зачем? Это известие мне совсем не понравилось. Придется разузнать все у батюшки.
Наспех позавтракав, я отправилась на поиски родителя.
Мне помогли слуги, они как всегда все обо всех знали, поэтому подсказали нужное направление. Я успела заметить мужчин, перед тем как они завернули в конюшню. Денников там много, и в каждом стоят породистые скакуны — наша семья их разводит, это один из основных доходов.
Мне пришлось подбежать к помещению так, чтобы никто не заметил. Одним глазком я заглянула внутрь через главную дверь. Отец с лордом стояли возле самого лучшего скакуна. Пришлось напрячь слух, чтобы услышать их разговор.
— …обещаю, что совсем скоро, как только вы пройдете древний ритуал бракосочетания, все это станет вашим.
Они еще что-то говорили, но слова батюшки повергли меня в самый настоящий ужас. Древний ритуал уже практически никто не проводит. Он нерушим, и поговаривают, что так же невозможна брачная измена, пока смерть не разлучит супругов.