В город, в котором живут братья Лёшка и Димка Коржики, приехал цирк. И хотя мальчишки были в цирке уже много раз, они всё равно очень захотели пойти на представление. А когда ребята узнали, что их лучшая подружка Катя Лемминг ни разу в жизни не была в цирке, то решили пригласить и её. Они отправились за билетами, и уже у кассы выяснилось, что у братьев не хватает денег на билеты.
В наш город приехал цирк. Это удивительное событие. И хотя цирк каждый год приезжает, все равно здорово. Город, словно по волшебству, преобразился оттого, что кругом запестрели большие разноцветные плакаты с клоунами, лошадьми и акробатами. Лето тоже стало сразу теплее и веселее. И небо стало таким голубым, что на него больно было смотреть. Мы с Лешкой обожаем цирк и даже мечтаем стать клоунами, когда вырастем, или акробатами. На худой конец, дрессировщиками. Я в цирке был раз десять, наверное, а может быть, и того больше. Лешка был в цирке на два раза меньше меня. Потому что он младше. И он мне страшно завидует и мечтает меня обогнать. Но я этого не допущу.
Как только мы узнали, что приехал цирк, все разговоры были только об этом: мы с ребятами сидели на лавочке перед подъездом и вспоминали, кто сколько раз ходил в цирк, когда, и где, и что там видели. Мы с Лехой оказались победителями, потому что выяснилось, что больше нас в цирке никто не был.
И только Катя во время нашего разговора о цирке почему-то молчала и вообще была какая-то грустная и безучастно смотрела в сторону.
– А ты, Катя, сколько раз в цирке была? – спросил Лешка.
И тут вдруг Катя повела себя странно. Глаза у нее сделались злыми, колючими, она прищурилась, прямо как наша мама, когда ругать нас собирается.
– А тебе какое дело, сколько раз я в цирке была? – ни с того ни с сего набросилась она на Лешку.
– Ты чего? – опешил Лешка. – Чего взъерепенилась?
– Ничего! – яростно ответила Катя. – Расхвастались тут! Десять раз они в цирке были! Клоунами хотят быть! Подумаешь! Акробаты глупые!
Она пшикнула, прямо как чайник, сложила руки на груди и отвернулась.
– Кать, ты чего так разозлилась? – опять уже осторожно подступился к ней Лешка и легонько тронул ее за локоть.
– Ладно тебе, – вмешался тут я. – Чего к человеку пристал? Может быть, она цирк не любит.
– Цирк не любит? – Лешка выглядел потрясенным. – Разве такое бывает?
– Ну не знаю, – пожал я плечами, – или, может быть, она в цирке ни разу не была.
– В цирке не была? – еще больше изумился Лешка. – Ты что, смеешься?
Тут Катя повернулась к нам, и мы увидели, что у нее по щекам текут слезы.
– А вот и не была! – выкрикнула она. – Никогда не была! Довольны теперь?
Мы так и ахнули. Неужели такое возможно, чтобы Катя, та самая Катя, у которой столько игрушек, даже говорящий младенец, сосущий бутылочку с молоком, есть, и которая уже два раза с родителями за границу ездила, ни разу не была в цирке?
Какое-то время мы все подавленно молчали. Наконец я сказал:
– Наверное, тебя в городе не было, когда к нам цирк приезжал. Ты ведь все время в разъездах. То на море, то еще где. Вот и не попала в цирк. Ведь так?
Катя посмотрела на меня с благодарностью и улыбнулась:
– Да нет, просто так вышло. Мама уже который раз обещает меня в цирк сводить, да все не получается никак. То одно мешает, то другое. И папа тоже всегда занят. Вот я в свои десять лет в цирке ни разу и не была. Перед людьми стыдно.
