Он внедрялся в черное гетто, как нефтяной бур в темные недра земли. Заводил знакомства с наркоманами и дилерами, шлюхами и сутенерами, бандитами и грабителями, владельцами клубов и содержателями притонов. Пил с ними водку и курил траву. Собирал на них компромат и делал своими осведомителями. Затем погружался, словно Данте в своей «Божественной комедии», в новый круг Ада, чтобы познать зло в новых его проявлениях. И находил их: извращенцы и растлители малолетних, прелюбодеи и мздоимцы, воры, лицемеры и предатели.
Перед ним раскрывался Ад, о существовании которого не догадывались обитатели благополучных районов Чикаго.
Насильникам и убийцам не было пощады. Анджей выслеживал их, порой сутками не зная отдыха. Преследовал и задерживал. Сопротивление карал очень жестко. Ломал руки с кастетами и заточками. Разбивал в кровь перекошенные от ненависти лица. В него стреляли, и он стрелял в ответ. Поэтому его боялись. Но никогда Анджей не «шил» дел, не «доил» проституток с дилерами и не подбрасывал наркоту невиновным. Именно за это его уважали.
Нет, он не считал себя белоснежным ангелом в сверкающих доспехах. Нельзя погрузиться на дно бездны и выбраться оттуда, не замарав крылья и не запачкав душу. Такое удалось лишь Иисусу Христу. Но Сын Божий забрал ключи от Ада с собой на небо, не оставив другим шанса. Только веру в свое второе пришествие.
Вот и Анджею не удалось не замараться. Полицейскому периодически приходилось идти на компромиссы с невидимыми стражами подземного царства: Хароном, Миносом, Плутосом. Чтобы поймать одного дикого зверя, порой приходилось закрывать глаза на шалости другого, если они были не так серьезны. Не слишком серьезны по классификации самого полицейского, конечно.
— Не будь навигатора, хрен бы нашли этот дом, — пробурчал Анджей, останавливая машину.
Возле подъезда тусовалась компания. Шестеро парней примерно одного возраста с Алексом. Хотя нет, один постарше, лет тридцати. Анджей заглушил двигатель и с какой-то ленцой выбрался из машины. Алекс неохотно вылез следом.
— Здорово, парни! — сказал Анджей.
— Как жизнь, белый? — спросил один из парней, широкоплечий крепыш с низким лбом, под которым блестели маленькие глазки. — Заблудился?
— О, Чарли! — обрадовался Анджей, подходя к самому старшему. На вызывающий тон молодого отморозка он не обратил внимания. — Не знал, что ты уже из тюрьмы вышел. Или ты сбежал? — Он похлопал нахмурившегося парня по плечу: — Да шучу я, расслабься. Работу уже нашел?
— Нет, — буркнул Чарли.
— Ну, и черт с ней, — согласился Анджей. — Ты в этом доме живешь?
— Допустим.
— Отлично. Расскажешь про одного из соседей?
— Какого хрена ты тут забыл? — Крепыш, обалдевший от такого нахальства, подошел поближе.
Попрыгал, покачал в стороны головой, разминая шейные позвонки, как боксер перед боем. Остальные, словно шакалы, почувствовавшие запах крови, оскалились и подступили ближе. — Ты, белый педик…
Анджей, не глядя, махнул запястьем, будто назойливую муху отгонял. Крепыш с разбитым носом отлетел к стене, звонко ударился затылком о трубу и повалился на землю без признаков жизни.
— Так вот, мой знакомый в этом доме жил, — спокойно продолжил он, не переставая смотреть на Чарли. — Бесник Николеску, знаешь такого?
Парни отступили, ошеломленно глядя на своего товарища, распростертого на земле. Короткая и жесткая расправа произвела на них впечатление.
— Не зря тебя Отмороженным Поляком прозвали, — пробормотал Чарли.
Компания уважительно зашепталась, и Алекс с удивлением понял, что больше не ощущает никакой агрессии. Она исчезла. Словно произнесенная вслух кличка Анджея явилась волшебным заклинанием, развеявшим злые чары озлобленности.
— Будем разговаривать?
— Ты же знаешь, Анджей, стукачом я никогда не был.
— Ну, нет, так нет.
Анджей грубо развернул парня к стене и быстро обыскал. Выудил из кармана пачку «Ньюпорт». Выбил сигарету, понюхал и улыбнулся:
— Марихуана? — Тут же вывернул руки Чарли за спину и защелкнул на них наручники. — Поехали в участок.
— За что? — возмутился тот. — За один косяк?!
Грубо затолкнув чернокожего на заднее сиденье, Анджей сел за руль. Ничего не понимающий Алекс уселся рядом. Зачем им в участок?
Отъехав достаточно далеко, Анджей свернул в пустой переулок и, заглушив мотор, повернулся назад:
— Рассказывай.
— Наручники сними.
Анджей перегнулся через свое сиденье и отстегнул наручники.
— А это кто? — спросил Чарли, потирая запястья. — Тоже коп?
— Типа того, — ответил Анджей. — Можешь ему доверять, как мне.
— То есть — вообще не доверять?
— Смешно. Итак — Бесник.
— Да что рассказывать… — вздохнул Чарли. — Умер он.
— Расскажи мне то, чего я не знаю.
— Работал на кладбище. С наркотой связан не был. По крайней мере, я ничего такого не слышал.
— А кто мог слышать?
Парень молчал, барабаня пальцами по колену.
— Ну?!
Чарли сделал глубокий вдох, словно собираясь нырять в холодную воду.
— У них дела с Джеки-Ножом были.
— Какие дела?
— Не знаю. — Парень для большей убедительности прижал правую ладонь к сердцу. — Честно, Анджей.
— Подожди, — насторожился Анджей. — У кого это, у
— Брат Бесника тоже на Джеки работал.
