Вскоре люк, невидимый ранее под слоем дерна и рыжих иголок, стал с легким шипением подниматься. От подобного зрелища у спутников Лилинокруглились глаза. Редкие иголки сыпались на ступени, круто уходящие во тьму из-под самых ног, а ребята с открытыми ртами разглядывали массивную, метровой толщины крышку люка, продолжавшую подниматься вместе с маскировочным слоем.
— Все утро этим занималась! — не без гордости проговорила Лилин, указывая на толстый слой хвои и листьев на крышке.
— Ты что, все это приклеила? — изумленно воскликнул Амэ, подскочив к замершей под углом в девяносто градусов крышке. — Всего за пару часов?
— Ну, предположим, не за пару.
Уно между тем ни слова не говоря, обошел люк и его крышку по кругу, то и дело приседая и ощупывая ощетинившиеся сухими иголками неровные края маскировки.
— Это же надо! Сантиметров двадцать, не меньше. Если бы мы с Амэ сегодня прошли по этой тропинке, то вряд ли заметили бы хоть что-то.
— Я не пыталась спрятать его от вас, просто…
— Ну да, от нас его прятать поздновато.
— Ну, да.
Минут двадцать Амэ восторгался мастерством Лилин, порхая вокруг люка, похлопывая по крышке и одобрительно кивая. Уно тем временем без всякого стеснения препирался с девушкой. И только Йоми заметил, как через несколько мгновений после тогокакмноготонныйметаллический агрегат остановился, включились лампы, вмонтированные в левую стену узкого тоннеля. И без того крутые ступени в неверном электрическом свете совершенно лишились объема. На какой-то миг Йоми показалось, что он стоит не на вершине лестницы, а на краю бездонного колодца, поблескивающие нержавеющей сталью перила по правой стене, не показались ему надежными.
— А зачем его вообще прятать? — не унимается Уно, — или твои приятели из общины ничего не знают об этом?
— Даже не представляю, сколько ты сюда клея угрохала, — продолжает восхищаться Амэ, всплескивая руками. — Уно, ты не дурак? Лилин правильно делает, что скрывает это ото всех.
— Ладно, хватит разглагольствовать, — отмахнулась Лилин и шагнула на первую ступеньку.
Йоми ступил на лестницу последним. Выверяя каждый шаг, я прошел мимо посторонившейся Лилин, на пару ступенек отставая от Амэ. Уно без оглядки скатился вниз к двери, похожей на сейфовую. Что было силы, толкнул ее, но безрезультатно.
— А здесь-то почему заперто? — с легким отголоском эха донеслось его возмущение.
Уно рвался внутрь, даже не пытаясь скрыть свое нетерпение. Амэ старался не отставать от него.
Негромкое шипение, точно такое же с каким люк открывался, заставило Йоми вздрогнуть. Он резко обернулся и увидел, что Лилин все так же стояла на месте, едва ли не подпирая головой закрывавшуюся крышку. Несмотря на яркий свет ламп, стало заметно темнее.
Вновь послышалось пиканье, и дверь внизу щелкнула и приоткрылась.
— Теперь можешь толкать, — Лилин обратилась к Уно.
Тот не стал ждать повторной просьбы. Тяжелая дверь нехотя поддалась на этот раз робким усилиям и, чуть скрипнув, отворилась.
— Добро пожаловать в мой бункер. После катастрофы я провела здесь несколько лет почти безвылазно.
Щелкнул выключатель, пробудив к жизни желтоватые пыльные лампы, которые оказались неспособны разогнать темноту.
Огромное помещение, почти сплошь заставленное бесконечными стеллажами с невероятно узкими проходами между ними, напоминало архив. Ряды стеллажей, коробки и ящики на полках, батареи двадцатилитровых бутылки с водой. Свободным от стеллажей оставалось только узкое пространство вдоль правой стены.
Амэ, широко распахнув глаза, разглядывал убранство помещение. Особенно пристальному изучению подверглось именно свободное от припасов пространство. Боковая стена была скрыта за многочисленными картами, а напротив входа висел экран для проектора. Под картами вдоль стены выстроились кресла, а слева, почти вплотную к стеллажам стоял длинный кожаный диван. Сразу за ним — несколько офисных столов, а на них пяток компьютеров, мерцавших зелеными кнопками.
Уно присвистнул, заглянув в одну из коробок на ближайшем стеллаже, взглядом пересчитал полки, а затем развязным шагом прошествовал в сторону компьютеров.
— Да-а-а, — протянул он, мимоходом похлопав по сидению дивана, — ну ты и забралась, Лилин. Здесь же метров пять земли над головой?
— Семь.
Амэ, обтерев собою отовсюду пыль, посидел за каждым компьютером. Сверкая безумными глазами и бормоча что-то, пощелкал клавишами на клавиатурах, немного полежал на диване, а затем, резко соскочив, юркнул в один из узеньких проходов. И сразу послышалось шуршание, перемежающееся с шарканьем ног. Чуть позже донеслось первое «апчхи».
Уно, усевшись в самое большое из кресел, откинулся на спинку, сцепил руки в замок и уставился в никуда. Йоми переминался с ноги на ногу, а Лилин стояла рядом и молчала.
— Лилин! — воскликнул Амэ, выскочив из-за стеллажа. — Неужели ты тут жила несколько лет? Здесь же ничего нет, кроме консервов и пыли? Это же можно с ума сойти.
— Ты о чем? — спросила Лилин, недоуменно уставившись на Амэ.
— Ну-у-у?! — промычал Амэ, пожав плечами, и указал на ряды стеллажей. — Ну, вот здесь. Это же больше похоже на склад какой-нибудь?
