Лев Африканский рассказывает, что видел в Ниани стада, хлеба и хлопок. Местные жители были, по его мнению, «гостеприимны и зажиточны», а также «более умны и прилежны, чем все остальные».
Но, несмотря на гостеприимство, трудолюбие и ум народа, распад государства Мали в XVI в. продолжался. Из царей того времени упоминаются обычно только трое: Мамаду II (1530–1535), Мамаду III (правил в 1560-х гг.), а также Маган, о котором рассказывается, что он был «последний манса».
Прежде чем окончательно стать одним из незаметных государств, Мали получило последнюю возможность для нового подъема, когда марокканцы разрушили Сонгай. Малийский царь Махмуд (Мамаду) решил напасть на Дженне в 1599 г., но сражение обернулось поражением, поскольку город получил помощь от посланных из Томбукту резервных марокканских частей. Исход сражения решило огнестрельное оружие, и у марокканцев оно было, а у малийцев — нет.
Маган, который, как сказано, был последним мансой, отступил вместе с остатками своего народа в Кангабу, где и вел жизнь скромного вождя племени, подобно тому как жили мандинги за 450 лет до этого.
Со временем он отказался от власти и передал ее преемнику. В межгосударственной политике Западного Судана объединение мандингов в Кангабе участия не принимало, а если в нем и продолжалась борьба за власть, то это были незначительные межродовые столкновения. Говорят, что еще и в нашем веке в Кангабе стоял у власти тот же род, который в свое время повелевал могущественным царством Мали.
Хотя царство Сонгай, или Гао, достигло расцвета последним из трех «золотоносных стран» Западного Судана, корни его уходят в такое же далекое прошлое, как первой «страны золота» — Ганы, и так же, как история Ганы, первоначальная история Сонгай окутана легендами.
Главная фигура легенд о рождении Сонгай-мифический герой по имени Фаран Мака. До его появления на берегах Нигера эту область, согласно легендам, стерегли духи-властители — Тору, которым подчинялись также небо, ветры, дожди и грозы. По легендам, корни властителей Тору уходят далеко в прошлое, вплоть до прямых потомков Адама. Таким образом, легенды о Фаране Мака можно считать более древними, чем легенды о Вагаду. Древнейшая фигура западносуданских мифов, которая упоминается в легендах, — это Данду Бери, который считался духом-хранителем великого царя Сонгай ши Али Бера.
У сына Данду Бери (он же Данду Урфама) по имени За Бери была дочь Харакой, которая считалась духом- повелительницей вод. Харакой имела пятерых детей от разных отцов: отцом Кирей был «красный туарег» из Гао, отцом Махама — туарег из Тафана, у третьего сына — Мусы Ниаури — отец был гурманче из Гассадунду, у Хаусакоя — отец, как можно догадаться по его имени, хауса, кузнец из Яури. Младшим ребенком была дочь Фаран Бару, отец которой был родом из Гао.
Считается, что в пятерых детях Харакой воплощены разные этнические группы Сонгай: рожденные от мужчин из Гао Кирей и Фаран Бару представляют северные племена, Муса Ниаури — запад, а Хаусакой — восток. Сверх того, Харакой, по рассказам, усыновила мальчика по имени Донго, отцом которого, согласно легендам, был охотник из Боргу, то есть представитель южных племен. Позже Донго, как говорят, стал покровителем грома.
Семья Харакой хотела удержать власть над излучиной Нигера и всей вселенной. Но на притоке Нигера, Гуруби, ей пришлось сразиться с подземными духами-джиннами, господами вод. И хотя Харакой сама была повелительницей вод, ей пришлось отступить перед джиннами. Она смогла вернуться в свою стихию, воду, лишь когда Муса Ниаури пришел ей на помощь. Его вызвал на место схватки венценосный журавль. Муса Ниаури сумел прогнать джиннов и вернуть матери и другим духам Тору власть над рекой.
Борьба с джиннами была жестокой. Во время сражения старший сын Харакой, Кирей, оружием которого были молнии, потерял глаз. После этого сражения в легендах возникает фигура Фарана Мака, который и становится главным героем мифов. Он вошел в милость Харакой и ее семьи после сражения с джиннами, поскольку был единственным из рыбаков этой местности, который сумел восславить Мусу Ниаури после его победы. Но, заняв привилегированное положение, Фаран попал в сложные обстоятельства. Муса Ниаури не смог разгромить джиннов до конца, и, когда они услышали, как Фаран поет песнь в честь победы, они собрались с силами для новой битвы, и здесь против них выступил уже Фаран Мака.
Это не было обычное отчаянное сражение смертного с духами, владеющими сверхъестественными силами. Дело в том, что если отец Фарана Мака был обыкновенным сорко, то мать его сама принадлежала к числу духов и наделила сына сверхъестественной силой. Противником Фарана Мака был Динки Бару, «царь-рыболов», которого звали также джинном-рыболовом. Битва снова происходила на реке Гуруби, и окончилась победой Фарана, после чего никто не мог оспаривать его положение на Нигере.
