Первый историк, который, как можно полагать, побывал в Гане, был Ибн Хаукал, посетивший это царство предположительно в 970 г. Однако к его путешествию и отчету о нем следует относиться с осторожностью. Известно, что он отправился в путешествие из Багдада и, вероятно, достиг излучины Нигера или территории Ганы, но достоверно мы знаем лишь то, что Хаукал добрался до Аудагоста на окраине Сахары.[4] Во всяком случае, Ибн Хаукал рассказывает, что царь Ганы был «богатейший царь мира благодаря имеющимся у него богатствам и запасам золота, добытого в прежние времена для предшествовавших ему царей и для него самого».
Современные историки африканского происхождения, в том числе Дж. Т. Ниань, придают важное значение упоминанию Хаукала о древности этого государства. Оно дает основание думать, что Гана возникла уже давно, за столетия до Ибн Хаукала. Предположение это обоснованно: богатейшим человеком в мире не станешь в мгновение ока, особенно если золотые прииски расположены не на собственной земле. Главными областями древней Ганы были на севере Аукар, а на юге — Ход. О размерах государства дает кое-какие сведения известный арабский хронист Ал-Бекри. По его данным, река Сенегал служила границей между Ганой и ее западным соседом — царством Текрур. На юг Гана простиралась до окраин золотоносных земель Бамбука[5] (но не включала эту богатую область); на востоке граница Ганы доходила до Нигера, а на севере — до берберского Аудагоста. В стране, кроме черных и берберов, жили их потомки от смешанных браков.
На первоначальной территории Ганы существовали маленькие племенные государственные образования, в том числе основанные народом сараколе Абакуну и Вагаду; про них известно, что в X в. они создали единое государство и его власть простиралась на Текрур и Аудагост.[6]
Из этих маленьких государств наиболее интересно Вагаду, занимающее главное место в западносуданской устной традиции. Те историки, которые отрицают идентичность Вагаду и Ганы, основываются на том, что легенды о Вагаду, как и всякие легенды, слишком неопределенны, чтобы иметь силу исторического источника. По их мнению, легенда — это героический эпос в духе Гомера, и на его основе бессмысленно рисовать историческую картину. Не касаясь вопроса о достоверности легенд вообще, можно сказать, что легенды о Вагаду напоминают в какой-то мере скандинавские саги и финские руны, которые редко кто считает надежным описанием истории.
Наиболее радикально настроенные историки африканского происхождения хотели бы вообще отказаться от названия «Гана», которое они считают «чуждым», привнесенным арабами и европейцами, и употреблять только название Вагаду. Эти историки получили поддержку у некоторых археологов, а также европейских историков. Бесспорного решения этого вопроса вряд ли можно будет достичь в ближайшее время.
Хотя легенды, рассказываемые о Вагаду, не могут считаться надежным источником-таковыми они никогда и не считались, — но они дают все же хорошую картину той мощной, интересной и богатой культурной традиции, которую создал западноафриканский образ жизни.[7]
Легенда о Вагаду, как и почти все легенды, имеет много версий, но сюжет в них в общих чертах одинаков. В центре легенд стоит Динга, который, по версии, записанной М. Делафоссом, восходил к библейским Давиду, Соломону и Иову, а непосредственно происходил от Киридион Тамаганке. Говорят, что Динга прибыл с востока с 300 священнослужителями, главой которых был Карабара Диадиане, праотец клана судуро. Прибыв в Западный Судан, Динга сначала поселился в Дженне,[8] где он женился на женщине по имени Сета Хуле Дафе и прожил с ней 27 лет. Брак их остался бездетным, и Динга вновь пустился в странствия, пока не попал в деревню Диага или Диа. Здесь он женился на Ассакуле Судоро, которая родила ему троих детей. Один ребенок умер, а от двух других — Диа Фуне и Диагаба Фуне — пошли предки двух кланов сонинке (кланы дюикине и соре).
Из деревни Диага Динга продолжил свое странствие в провинцию Кинги и остановился в Дагара; она находилась во власти Духа вод. Динга померился с ним силой, послав своих людей принести воды из ближайшего источника. Дух запретил брать воду, и Динга пошел сам решать этот спор. Поначалу, казалось, для Динги все шло хорошо, своим волшебством он лишил Духа зрения, но немного спустя к тому вернулись силы, и он так заколдовал Дингу, что тот ослеп и оглох. Динга позвал тогда на помощь главу священнослужителей Карабара Диадиане, который разрешил дело тем, что лишил Духа слуха и зрения. Теперь Духу ничего не оставалось, как заключить мир с пришельцами и позволить им жить в этой местности. Для закрепления сделки Дух предложил в жены Динге трех своих дочерей. Динга согласился и женился на Диангана Боро, Катана Боро и Синангеле Гунехусо. Они родили ему 15 детей, одним из которых был знаменитый змей Вида.[9]
