Гусев подсвечивал себе путь экраном мобильного телефона и слушал доносящиеся снаружи трели автоматных очередей. Спецназовцев, особенно двоих последних, было безумно жалко. Их подвиг не будет воспет, и вообще, лучше бы никакого подвига не было. Умирать вот так, поливаемыми свинцом в обычном московском дворе, непонятно, за что, в рамках какой-то идиотской игры, ставки в которой задраны так высоко...
Гусев добрел до противоположного конца здания, и на пути ему встретились только две крысы.
Дверь в последний подъезд была закрыта с внешней стороны, но выглядела она довольно хлипко, и Гусев попросту вынес ее ногой. Справедливости ради следует заметить, что не с первого удара.
В подъезде обнаружились двое подростков, снимающих происходящее во дворе на камеры своих смартфонов. На лицах подростков был написан восторг, который стал еще ярче, когда они поняли, кого к ним принесла судьба.
Гусев уже видел, что они готовы заорать, привлекая сюда внимание охотников, потому что финал охоты наверняка принесет на ю-тубе больше просмотров, чем крутая перестрелка у собственного дома. А может быть, не только заорать, но и выбежать наружу, размахивая руками, увеличивая свои и не без того нехилые шансы поймать случайную пулю.
Поэтому впоследствии Гусев объяснил себе, что действовал в их же интересах, когда навел на парнишек ствол своей злополучной «береты».
— Пикнете, пристрелю, — пообещал он.
— Так это не по правилам, — возразили ему.
— А и плевать, — сказал Гусев. — Семь бед — один ответ.
— Так нельзя...
— Добро пожаловать в реальный мир, — сказал Гусев. — Здесь живете?
Один парнишка помотал головой, второй кивнул.
— Мобилы на землю, — они подчинились. — А теперь идите домой и сидите там, — сказал Гусев. — Дернетесь наружу — пристрелю. Пойдете за мной — пристрелю. Домашнее задание не сделаете — тоже пристрелю. Кстати. А почему не в школе?
— Так охота же.
— А, ну да, — сказал Гусев. — Разумеется.
Они ушли. Гусев не стал подбирать их телефоны, а просто прошелся по ним каблуками. Ну да, парни его проклянут, но если захотят сделать с ним что-то более существенное, пусть в очередь встанут. Она от этого в любом случае не сильно вырастет.
Конечно, у него не было никаких гарантий, что они не позвонят кому-нибудь из дома или не выкинут еще какую-нибудь глупость, а потому Гусев вышел из подъезда и во весь опор помчался в сторону улицы. Бегущие фигуры подозрительны, но фигуры, идущие спокойным прогулочным шагом, когда всего в нескольких десятках метров от них свищет сталь, подозрительны вдвойне.
Из двора ему удалось выйти без проблем. Охотники были слишком заняты перестрелкой со спецназовцами и попытками достать Тунца, и в эту сторону просто не смотрели.
Людей на улице не было, машины по ней не ездили, общественный транспорт тоже. Завернув за угол, Гусев сразу же увидел причину этого безлюдья — кварталом выше и кварталом ниже дорогу перекрывали милицейские кордоны. Хоть такая забота о гражданах, подумал Гусев. Лучше, чем никакой.
Полицейские не имели права принимать участия в игре, однако не было никаких гарантий, что никто из них не станет сливать информацию участникам, поэтому к кордонам Гусев не пошел. Он пересек дорогу и углубился в соседние дворы.
Навстречу ему выбежал какой-то парень с охотничьим ружьем в руках.
— Ааааааа! — проорал парень и вскинул ружье.
Гусев выстрелил. Он выстрелил даже раньше, чем осознал, что все еще держит пистолет в руке. Просто дернул ствол вверх и нажал на спусковой крючок. Это был даже не рефлекс, откуда ж у Гусева такие рефлексы. Он просто выстрелил, не думая. И все.
Пуля угодила парню в живот и отбросила назад. Приклад ружья глухо стукнул по асфальту.
— Ааааааа! — продолжа орать парень, но уже, видимо, от боли. По крайней мере, ноты он стал брать куда более высокие.
Ладно хоть, этот без группы был. Никто не стал выскакивать из-за угла или шмалять из кустов, сводя счеты за его ранение.
— С тобой все нормально? — тупо спросил Гусев, и в следующий момент голова парня взорвалась фонтаном крови и мозгов. Мозгов оказалось на удивление много. А так с виду и не скажешь....
У Гусева зазвонил телефон, и он машинально ответил на вызов левой рукой.
— Не стой столбом, — посоветовал Тунец. — И в следующий раз добивай сам. А лучше — сразу в башку стреляй. Так безопаснее.
— Ты как?
— Патроны кончаются, — сказал Тунец. — Начинай идти, и тебе по дороге ситуацию обрисую.
— Да, точно, — Гусев сунул руку с пистолетом в карман и быстро зашагал в сторону от своего дома, которому так и не удалось стать его крепостью.
— Спецназ — все, — сказал Тунец. — Эти гниды тебя сейчас в подъезде ищут, а потом начнут окрестности прочесывать. Фора у тебя есть, но не так, чтобы слишком большая. И выбрось, нафиг, свой телефон, в конце-то концов.
— Да, — сказал Гусев. — Сейчас выкину. Вот договорю и выкину. Есть напоследок какие-нибудь советы от профессионала?
— В голову стреляй, — сказал Тунец.
— И это все?
— Я бы тебе назначил место встречи, — сказал Тунец. — Но телефон-то слушают, так что там наверняка будет засада, а я своих парней так подставлять не хочу. Ты уж извини.
