ЦРУ. Правдивая история полностью

Репортер «Нью-Йорк таймс» Сеймур Херш раскрыл секреты шпионажа ЦРУ внутри страны. Он давно уже подозревал это, накопив за многие месяцы репортерской работы большой материал, а в пятницу, 20 декабря 1974 года, ему наконец удалось взять столь желанное интервью у самого Колби в штаб-квартире ЦРУ. Колби, который тайно записывал беседу на пленку, уверял Херша, что незаконная слежка больше не имеет былого значения и об этом даже не стоит говорить. «Думаю, что шокирующие семейные тайны лучше всего оставить там, где им самое место, – в шкафу», – сказал он Хершу. Но он признал, что раньше такое все-таки случалось. Херш трудился всю ночь с пятницы на субботу и закончил под утро.

Статья была напечатана 22 декабря 1974 года на первой полосе одной из воскресных газет. Заголовок звучал так:

Колби попытался защитить агентство, переложив проблему незаконной внутренней слежки на Джима Энглтона, который в сотрудничестве с ФБР вскрывал курьерскую почту уже в течение двадцати лет. Он вызвал Энглтона к себе на седьмой этаж и уволил его. Брошенный всеми, Энглтон провел остаток жизни, распространяя мифы о своей работе. Когда его попросили объяснить, почему ЦРУ не выполнило приказ Белого дома уничтожить имеющийся в агентстве запас ядов, он ответил так: «Просто невообразимо, чтобы секретная рука правительства выполняла все откровенные приказы этого правительства».

В канун Рождества Колби направил длинное донесение Киссинджеру, дав краткое резюме государственных секретов, накопленных за срок пребывания Шлезингера на посту директора. Сразу после Уотергейтского скандала их разглашение могло серьезно подорвать положение агентства. Киссинджер, в свою очередь, сократил этот документ до пятистраничной рождественской докладной записки президенту Форду. Для того чтобы «выскрести» кое-какие факты из этой записки, конгрессу потребовалось немало времени: весь 1975 год…

Киссинджер проинформировал президента, что ЦРУ действительно проводило негласный шпионаж, прослушивало газетных репортеров и осуществляло за ними слежку, проводило незаконные обыски и вскрыло бесчисленное количество почтовых мешков, писем и бандеролей. Но было еще немало других, намного более мрачных и зловещих нарушений. Киссинджер не решился отразить в письменной форме то, что узнал из так называемой «книги ужасов». Некоторые действия ЦРУ «являлись явно незаконными», предупредил он Форда. Другие, добавил он, «поднимают острые нравственные вопросы». Проработав добрый десяток лет в небольшом подкомитете по ЦРУ в палате представителей, президент Форд не слышал даже намека на подобные тайны – шпионаж внут ри страны, манипуляции сознанием, организация покушений. Тогда как заговоры с целью совершения заказных убийств неугодных лиц начались в Белом доме еще при Эйзенхауэре, наиболее уважаемом президенте от республиканцев в ХХ столетии.

В пятницу, 3 января 1975 года, Форд получил еще один бюллетень, на этот раз действующего генерального прокурора Соединенных Штатов Лоуренса Сильбермана.

В тот день Сильберман узнал о толстом досье, в котором содержались тайны злодеяний ЦРУ. Заветная папка лежала в сейфе в кабинете Колби, и Сильберман предполагал, что в ней можно обнаружить массу фактов федеральных преступлений. Самый высокопоставленный сотрудник правоохранительных органов страны загнал в ловушку директора Центральной разведки. Тому теперь оставалось либо распрощаться с вышеупомянутым досье, либо навлечь на себя обвинение в препятствовании отправлению правосудия. Больше не стоял вопрос о том, хочет ли Колби пролить свет на эти тайны. Теперь ему грозила тюрьма, если он собирался и дальше отпираться.

Сильберман – позднее федеральный судья апелляционного суда и руководитель разоблачительного расследования деятельности ЦРУ в 2005 году – в этот опасный момент рискованно близко подошел к тому, чтобы самому занять пост директора Центральной разведки. «Форд попросил меня приехать в Белый дом, чтобы руководить разведкой, но я отклонил это предложение, – заявил Сильберман в интервью. – В тот момент меня всерьез рассматривали как будущего директора ЦРУ. Я же не желал им становиться по целому ряду причин». Он знал, что агентство стоит на пороге оглушительного скандала.