«Я не хочу сказать, что они лгут или искажают разведданные, но мне хочется, чтобы эти парни весьма деликатно и осторожно отделяли факты от чьих-то мнений»: записка от [удалено], адресованная Хелмсу, 18 июня 1969 г., FRUS, 1969 – 1972 гг., т. II, документ 191, рассекречено 21 декабря 2006 г.
«Бесполезно… Это поверхностное и бессмысленное цитирование информации, которую мы и так ежедневно получаем из прессы»: Генри Киссинджер – Никсону, «Тема: NIE 11-8-69, «Советские стратегические силы нападения» с сопроводительной запиской Хелмса, с комментариями Никсона, 8 декабря 1969 г., FRUS, 1969 – 1972 гг., т. II, документ 198.
«А собственно, на чьей стороне агентство? – задавали вопрос Хелмсу из Белого дома, и это являлось главным аргументом вашингтонской администрации: Хелмс Р., Худ У. Взгляд через плечо: Жизнь в Центральном разведывательном управлении. Нью-Йорк: Random House, 2003. С. 382 – 388.
Хелмс всегда был убежден, что никакие технические устройства не смогут заменить живых шпионов: даже перехват информации и слежка с помощью лучших электронных систем, по его мнению, не являлись настоящей разведкой. В 1968 г. у ЦРУ и Управления национальной безопасности была программа под кодовым названием «Гуппи», в соответствии с которой осуществлялся перехват мобильной линии телефонной связи российского руководства в Москве. В сентябре 1968 г., накануне вторжения в Чехословакию, глава Варшавского договора позвонил советскому лидеру Леониду Брежневу из московского аэропорта. ЦРУ подслушало разговор. «Проблема заключалась в том, что они отнюдь не были идиотами и говорили условными фразами. Ну, вы знаете, типа «луна красная» или какая-нибудь другая глупая фраза – и мы не имели ни малейшего представления, означало ли это, что вторжение продолжается или завершено», – рассказал сотрудник по разведке Государственного департамента Дэвид Фишер (Фишер: устная история, FAOH).
…они дадут Соединенным Штатам возможность удостовериться, как Москва выполняет соглашения и договоренности, достигнутые в Хельсинки в ходе продолжающихся переговоров по Ограничению стратегических вооружений (ОСВ): резидент КГБ в Хельсинки и руководитель местного отделения ЦРУ договорились, что ни одна из сторон не станет предпринимать попыток просочиться в делегацию страны-оппонента. «Последствия такого разоблачения, конечно, перевесили бы любые разведданные, которые только могли быть собраны, – писал Дэвид Фишер. – Насколько я знаю, обе стороны соблюдали эту договоренность. Бог знает, достаточно ли было возможностей обворожить какого-нибудь беднягу американского делегата приятной финской блондинкой»: Фишер: устная история, FAOH.
…каждая новая оценка советских стратегических ядерных сил завышала фактический уровень модернизации Москвой своих вооружений: в 1979 г. Говард Штерц-младший, на тот момент сотрудник национальной разведки по стратегическим программам, сообщил «о ряде грубых переоценок в конце 1950-х и в начале 1960-х и ряде грубых недооценок в середине и в конце 1960-х гг.» при анализе ЦРУ состояния советских стратегических сил (Штерц Г. Меморандум для директора. Национальный центр иностранных оценок, рассекречено в июле 2006 г.). В марте 2001 г. директор Центральной разведки Джордж Тенет заявил: «Каждая национальная разведсводка, составленная на указанную тему с 1974 по 1986 гг. … завышала темпы модернизации Москвой своих стратегических вооружений» (Примечания Тенета, Конференция по анализу Советского Союза со стороны ЦРУ, Принстонский университет).
