Но она напомнила себе, что не желает проводить следующие пять лет своей жизни так же, как и предыдущие пять. Она безнадежно влюбилась в своего босса, который относился к ней как к полезной офисной мебели.
– Вы не можете уволиться, – утверждал он. Когда она отказалась забирать заявление, он бросил его лицевой стороной на стол, словно не мог заставить себя смотреть на него. – Нам предстоит завершить весеннюю кампанию на фабрике.
– И все это будет сделано без меня, – сказала Сэди, надеясь, что он не услышит задумчивые нотки в ее голосе.
– Почему? – Он хмуро посмотрел на нее. – Вы хотите прибавки к зарплате? Хорошо. Я повышаю вам зарплату.
– Дело не в деньгах, Этан, – натянуто ответила она. Она уже заработала больше денег, чем могла бы получить на любой другой должности. Этан был щедрым работодателем.
Он встал.
– Две дополнительные недели отпуска в год плюс прибавка к зарплате.
Она рассмеялась и чуть не пошла на попятную.
– Этан, я не ухожу в отпуск сейчас. Зачем мне еще две недели?
– Вы поступаете неразумно.
– Я веду себя прагматично.
– Я не согласен.
– Я сожалею об этом, – искренне сказала она, потому что в самом деле не хотела увольняться.
– В чем же причина?
– Я хочу жить по-настоящему, – в отчаянии заявила она.
Последние восемь лет своей жизни она работала в «Харт чоклит», а прошедшие пять лет была секретаршей Этана. Она много работала, почти не видела свою семью, а комнатные растения в квартире, которую она купила год назад, стали засохшими палочками, потому что Сэди не успевала их поливать.
Ей хотелось романтики. И секса. Она стремилась выйти замуж до того, как постареет.
– Вы живете, – сказал он, явно оскорбленный ее обвинением в том, что он каким-то образом обманул ее. – Вы часть компании. Вы важны для меня.
Если бы…
Настоящая проблема в том, что она любит Этана уже много лет. И это безответное чувство рано или поздно закончится катастрофой. Поэтому она должна уволиться.
Покачав головой, она ответила:
– Это работа, Этан, а в жизни есть не только работа.
– Как будто я этого не знаю, – отозвался он.
– Это часть проблемы, – утверждала она. – Разве вы не понимаете? Мы работаем очень много, даже по выходным, а в прошлом году вы вызвали меня в офис со свадьбы моей двоюродной сестры, чтобы разобраться с путаницей с доставкой на День матери.
– Это было важно, – напомнил он ей.
– Свадьба Меган тоже важна для меня. – Она покачала головой. – Я обязана уйти из компании. Настало время перемен.
– Меня тошнит от слова «перемены». – Он встал, обошел стол и остановился напротив нее.
– Перемены не всегда плохо.
– Или хорошо, – отметил он. – Зачем нарушать привычный ход событий?
– Я знаю, вам неприятно говорить об этом, и вероятно, сейчас не самое походящее время, чтобы обсуждать это после вашей очередной стычки с Габи. Но да. Мне нужны перемены. – Она посмотрела в его зеленые глаза и почувствовала острое сожаление о том, что уходит. Его темно-каштановые волосы были взъерошены, потому что он теребил их пальцами, споря с Габи. Узел его галстука был ослаблен. Этан выглядел чертовски сексуально, и у нее перехватило дыхание.
Он нравился ей по многим причинам. Он был не просто великолепен. Он – сильный, умный и категоричный, и эта комбинация делает его просто неотразимым.
– Черт побери, Сэди, что вы хотите изменить?
– Свою жизнь, – ответила она, глядя ему в глаза и желая, чтобы он увидел в ней не только секретаршу. Но этого никогда не произойдет. Она для него как новый компьютер. – Вы знаете, что у моего брата Майка и его жены Джины недавно родился третий ребенок?
Он смутился.
– А вы тут при чем?
– Жена Майка на два года моложе меня. – Она с отвращением всплеснула руками. – У нее трое детей. А у меня только четыре засохших растения.
– Что, черт побери, это значит?
Она тихонько вздохнула. Она знала, что Этан будет пытаться удержать ее, предлагая прибавку к зарплате, повышение по службе, отпуск. Но она не догадывалась, как трудно будет сказать ему, что ее беспокоит. Что заставляет ее уходить.
– Я хочу семью, Этан. Мне нужен мужчина, который меня полюбит. Я хочу детей, Этан. Мне почти тридцать.
– Серьезно? – Он засунул руки в карманы брюк. – Биологические часики тикают?
– Я давно думаю об этом, Этан. Мы работаем по пятнадцать часов в сутки, а иногда и больше. Я тысячу лет не была на свидании и не занималась сексом три года.
Он моргнул.
Она поморщилась. Зря она сболтнула лишнее.
– Суть в том, что я не хочу превращаться в старуху с кошкой. По правде говоря, я даже не люблю кошек. В конце жизни я смогу только сказать, что была хорошей секретаршей.
– А что в этом плохого?
Раздраженная, Сэди ткнула в него указательным пальцем.
– И все потому, что у вас тоже нет нормальной жизни. Вы с головой ушли в работу. Вы не общаетесь ни с кем, кроме меня или Габи. У вас есть особняк в Дана-Пойнт, но вы там почти не бываете. Вы заказываете еду из ресторана и полностью отдаетесь диаграммам и бухгалтерским отчетам. В этом нет ничего хорошего.
Он выгнул темную бровь.
– Большое спасибо.
