«Массовая галлюцинация исключается. Нет, Гёринг в мемуарах не врал — Портал работает. И у кого-то явно имеется к нему ключ. Йети? Вполне вероятно. Но его ещё предстоит поймать. А пока в наших руках лишь этот подозрительный субъект с документами столетней давности…
— Введите задержанного! — приказал шарфюрер. В кабинет втолкнули Якова Блюмкина в разодранном френче без погон.
— По виду — крепкий орешек. Приготовить пыточную камеру, — распорядился на языке титульной нации фон Боль, отслеживая реакцию, и радушно добавил по-русски: — Прошу садиться.
После инициации, полученной от старика Бадмаева, Блюмкин бегло изъяснялся на всех языках мира, хотя и с неистребимым одесским акцентом. Он не вполне понимал, куда его занесло, однако о пыточной камере и её чудесных возможностях в деле правдоискательства знал не понаслышке. Икона св. Адольфа в красном углу дала недостававшую пищу уму — Яков понял, что пора идти ва-банк.
— Давайте без церемоний, — заявил он на неплохом хохдойче, благоговейно воздев глаза к иконе. — Как вы уже, вероятно, поняли, я прислан сюда из прошлого с особой миссией. Но для начала мне необходимо знать, куда я попал и с кем имею честь… Кстати, не откажусь от чашечки кофе со сливками — дорога была не из лёгких.
Фон Боль, поняв, что имеет дело с цивилизованным человеком, распорядился расстегнуть наручники и подать кофе, коньяк и штрудель. На протяжении следующих получаса, поощряемый одобрительными возгласами ротмистра Исаева, он с упоением распинался о преимуществах общественного устройства Восточных территорий под мудрым руководством НСДАП.
— … Вообще говоря, русским дензнаки не полагаются. Всё необходимое им выдают по трудовой карточке. Конечно, исключения имеются…
— Деятели искусств?
— Ах, полноте! Всех поэтов, сказителей, кукловодов и педерастов изолируют пожизненно в колонии-поселения за Полярным кругом. После работы в урановой шахте они могут предаваться своим неврозам беспрепятственно — это никому не вредит. Иногда к ним обращаются с требованием написать псалом или меморандум… Музыку и сценарии телешоу давно пишут вычислительные машины. Хорошие деньги платят только русским программистам.
— Весьма рационально, — хмыкнул Блюмкин. — А как же исконный враг — американская плутократия?
— Не понимаю, о чём вы, — развёл руками шарфюрер. — Америка — мирная аграрная страна. После прихода к власти негров от неё вообще никакого беспокойства. Стабильные поставки: хлопок, рис, марихуана… На канадско-мексиканской границе толстые бледнолицые индейцы разводят своих двухголовых бизонов…
Как видите, геноссе, у Рейха нет внешних врагов. Впрочем, предлагаю перейти ближе к теме. Вы упомянули о некоей миссии из прошлого. Итак, откровенность за откровенность, Исаев. Кто вас сюда послал?
— Меня? — Максим Максимович, решив не мелочиться, вскочил, щёлкнул каблуками и выкинул руку в арийском приветствии в направлении красного угла.
— Меня послал Адольф Хитлер!
Большевики сами создают себе трудности, которые с успехом преодолевают.
Блюмкин-Исаев не врал — Адольф Хитлер действительно его послал вкупе со всем богоизбранным народом, притом весьма-таки далеко. Произошло это в ноябре 1918-го года в окрестностях Цюриха при обстоятельствах странных, чтобы не сказать судьбоносных.
Завладев с подачи Семёна Будённого фальшивым артефактом, два молодых национал-патриота — Адольф Хитлер и Герман Гёринг — добрались в нанятой пролётке до Пещеры Ведьм у подножия горы Блоксберг. Кучера они отпустили, пригрозив на прощание кулаком.
Здесь всё и должно было свершиться. Наконец-то ключ к Порталам Земли попал в правильные руки! Когда пиво было допито, а все мечты о торжестве социализма в одной отдельно взятой стране озвучены, новоявленные маги принялись колотить в опереточный бубен Будённого. Они по очереди насиловали инструмент всю ночь, до мозолей и синяков, пытаясь подобрать нужный ритм — однако ничего мистического не происходило: Портал дремал.
Когда рассвет позолотил снежные шапки на горизонте, проступивший от пота штамп фирмы «Вельтмайстер» на ободе бубна навёл более упитанного из кудесников на здравую мысль:
— Ади, а тебе не кажется, что нас развели? — осведомился Герман.
— В центре любой проблемы прячется, как червь в гнойнике, всё тот же народ-паразит! Мне сразу морда этого Исаева не понравилась… Так что бей в бубен, камрад, бей в бубен, и пошли они все подальше! — принялся заклинать Адольф, забыв, что они не на митинге.
— Иди сам в пень, Ади, со своими евреями! Знаешь, что я сейчас сделаю? — внезапно рассвирепев, импульсивный Гёринг поднял двумя руками над головой фальшивый артефакт — и с размаху одел его на голову слишком разговорчивому фюреру германской нации наподобие старинного жабо.
Хитлер замер на полуслове, как был — с воздетыми к небу кулаками, тут же провалившись в состояние глубокого транса…
— Эй, геноссе! Кончай дурить, цурюк! — перепуганный Гёринг принялся лупить окоченевшего приятеля по щекам.
