Сириусу показалось, что его разорвет на части. Дикий восторг от того, что он единственный, любимый, первый, наткнулся на стену здравого смысла. Если так, то Люциус непременно узнает. Что он сделает с ней?
— Нарцисса, я не могу. Слышишь? Ты не должна. Мы не должны…
Девушка сделала два шага назад, и сердце юноши оборвалось. Он все сделал правильно. Он спасает ее. Она сейчас уйдет. Все так и должно быть. Вот только почему-то захотелось умереть, не сходя с места. Он с отчаянием посмотрел на нее.
Нарцисса внезапно улыбнулась и подняла руки к шее. Пара секунд, и затейливая шнуровка ее парадной мантии оказалась развязанной, а сама мантия с легким шорохом опустилась к ногам. Сириус сглотнул. Под мантией на Нарциссе оказалось легкое, невесомое нежно-голубое платье.
— Я все равно стану твоей, — уверенно проговорила девушка и подошла совсем близко.
— Я твоя, — прошептала она в его губы.
— Еще раз скажешь это, и я с ума сойду, — тихо пообещал Сириус.
Нарцисса счастливо улыбнулась и положила прохладные руки на его обнаженный плечи.
— Ты такой горячий, — она нежно поцеловала его шею.
Сириуса затрясло. Остатки здравого смысла сделали ручкой и исчезли в неизвестном направлении. Он порывисто обнял ее и дрожащими пальцами начал бороться с многочисленными застежками у нее на спине. Его охватила паника. Он столько раз представлял себе это. У него был опыт, поэтому внутренне он гордился тем, что сможет удивить ее, подарить незабываемые мгновения. А вот дошло до дела, и он не может справиться с собственными трясущимися руками. Он никогда так не волновался. Тоже мне. Мужчина. Сириус чуть отклонился назад и, поцеловав ее волосы, позвал:
— Нарцисса…
Ее теплые губы покинули его плечо, стало холодно и пусто, но ему просто необходимо было видеть ее глаза. То, что он увидел, прогнало все сомнения и неуверенность. Она не врала. Она действительно ждала этого очень долго. Именно его, такого, какой он есть. Ей совершенно не был нужен его опыт или показное умение.
— Я люблю тебя, — просто сказала она.
Три простых слова, но Сириус взлетел до небес и, оставив на время застежки, крепко обнял ее.
— Боишься?
— Честно — нет. Это же ты.
Но в ее взгляде, конечно же, был страх. Просто все мысли Нарциссы были направлены на то, чтобы Сириус не ушел. Тогда она была решительной, настойчивой. Но вот он остался, и она превратилась просто в юную девчонку, которая решилась на самый главный шаг.
— Не бойся, — тихо прошептал он и повторил ее слова. — Это же я.
Застежки сами собой расстегнулись, и платье соскользнуло. Сириус задохнулся. От нежности, от любви, от несправедливости.
Да. Завтра не может не наступить, но оно может подождать.
Бесконечная поездка.
Красивый мальчик с черною душой,
Сусальный Ангел, потерявший крылья.
Я знаю, что ты можешь быть другой,
Не прилагая никаких усилий.
Я знаю, что ты можешь подарить
Так много Света, что и в сказке не увидеть.
Я верю, что ты сможешь полюбить,
Но ты предпочитаешь… ненавидеть!
Да. Завтра не может не наступить, но оно может подождать.
Драко Малфой усмехнулся в кулак, неотрывно глядя в окно «Хогвартс — экспресса» на пробегающий пейзаж. До чего же наивным он иногда бывает. Вот расслабишься и мечтаешь о несбыточном. Например, остановить время.
Ведь как он мечтал, засыпая на своей кровати под тихий голос Нарциссы, о том, чтобы завтра никогда не наступило. Да! Хладнокровный и равнодушный Драко Малфой… боялся. Его внутренности скручивались узлом от неконтролируемого страха. Когда опасность угрожала Нарциссе, он, не думая, решился на эту сумасшедшую идею — спасти чертова Поттера. Теперь, когда все кончено, он остался в этом замке один на один с отцом и Темным Лордом. Причем эта парочка вряд ли будет пребывать в хорошем настроении.
Но ничто не длится вечно. Беспокойный сон бесцеремонным образом был прерван злобным шипением:
— Драко Регулус Малфой, ты самая эгоистичная скотина, которая только могла появиться на свет!
Юноша с трудом разлепил глаза и попытался вникнуть, чем же он вызвал столь пылкие чувства Блез Забини.
Быстрый взгляд на ее красивое, но искаженное яростью личико показал, что это только начало.
— Блез… — устало простонал парень.
— Как ты мог так поступить?
— Сколько времени? — Драко попытался пошевелиться, и руки тут же пронзила острая боль. Он едва не застонал. Удержала лишь многолетняя привычка — не показывать окружающим слабости.
— Времени? Ты издеваешься? Ты же сам просил прилететь к тебе в комнату в полшестого!
— Блез, не шуми, а? — с усилием проговорил Драко и осторожно провел руками по лицу.
— Что с твоими руками? — взволнованно спросила Блез.
— Ничего. Не говори никому, что со мной что-то не так.
— Доброе утро, Блез! — раздался спокойный голос Нарциссы.
Драко обернулся и увидел мать, стоящую в дверях в соседнюю с ним комнату.
— Доброе утро, Нарцисса! — Блез тут же нацепила улыбку на лицо и слезла с ног Драко, на которых она до этого восседала, намереваясь устроить юноше веселую жизнь.
— Ты так рано? — приподняла бровь Нарцисса, глядя на девушку.
