Он помчался наверх, вспоминая все, что знал и слышал об Инге Скворцовой. Минуты через три он понял, что практически ничего о ней не слышал и не знал. Кажется, она очень хорошо стреляла и в студенческие годы ездила чуть ли не на Олимпийские игры. Да-да, чемпионкой страны по пулевой стрельбе она была стопроцентно! А потом ее подстрелили или подвзорвали где-то…
Фрагмент отчета об операции «Захват»
Документ написан от руки в одном экземпляре
План операции приложен к остальным документам
…и когда мы готовы были ворваться в здание, кто-то крикнул: «Инга! Граната!» Скворцова повернулась, и тут же раздался взрыв. Судя по тому, откуда граната была брошена, это мог сделать только кто-то из своих. За достоверность слов полностью отвечаю. Прошу провести внутреннее расследование подготовки и хода операции.
Документ изъят из дела для дальнейшего изучения.
В деле больше не фигурировал.
Когда в дверь позвонили, телевизор был выключен, а шторы опущены. Лена, в футболке и шортах, указала Анне на кладовку, а сама вдоль стенки подкралась к двери и, сидя на корточках, приподняла швабру, обмотанную платком, к самому глазку. Выстрелили точно в глазок, и она, выпустив швабру, грохнулась на пол, закричала, как от боли, вытащила из-за пояса пистолет. Затем наступила противная тишина, заставившая напрячься. Хотелось завыть от бессильной злобы, поскольку помощи ждать было не от кого. Как некуда было и бежать.
Лена отползла к ванной, которая находилась метрах в трех от входа, осторожно открыла дверь, заползла в ванную и смотрела теперь на происходящее в щель между косяком и дверью. Она слышала отдаленный шепот Анны, которая кому-то звонила, оставалось надеяться, что Ализе. Если та уже вернулась из Москвы, если вся их группа в городе, у Лены с Анной остается пусть небольшой, но все-таки шанс. Замок начал медленно и бесшумно открываться. Лена подумала, что дело даже не в том, кто за дверью, а сколько их. Шум поднимать не станут. В окна днем не полезут…
Дальше она раздумывать и уговаривать себя перестала, потому что дверь распахнулась и ворвался какой-то тип в защитного цвета костюме и маске. Получив пулю в живот, он начал заваливаться на спину, стоявший позади толкнул его вперед, но тут же сам нарвался на выстрел. Был он не такой громила, как первый, поэтому третий легко приподнял его и швырнул в дверь, из-за которой стреляли. Лена успела лишь отпрянуть в глубь ванной, а уже в следующий момент ее ослепили вспышкой, выхватили из рук пистолет, накрутили волосы на руку и потащили в комнату. Она услышала звук захлопнувшейся двери, стук «копыт», еще двоих, вошедших следом за тем, кто ее тащил.
— Выходите, сударыня! — громко произнес он. — Или вы хотите, чтобы мы порезали вашу компаньонку?
— Здесь никого больше нет, — зачем-то сказала Лена, прекрасно понимая, что найти Анну можно еще быстрее, чем перерезать горло ей, Лене.
— Раз, два, три, четыре, пять! — Гость взмахнул ножом и отсек прядь Лениных волос — частично вместе с кожей.
Лена сжала зубы, но крик сдержать все-таки не удалось.
— Остановитесь! — закричала Анна Дубрава. — Не трогайте ее! Ведь вы пришли за мной?
— Совершенно точно, сударыня, — согласился гость. — Надеюсь, вы нам покажете то, что мы ищем? Невинные девушки гибнут исключительно из-за вашего упрямства.
— Покажу, — кивнула Анна.
— Тогда одевайтесь, — предложил темноволосый; он теперь стоял уже без маски.
Лена попыталась рыпнуться, но он резко заехал ей под ребра.
— Лежать, сука, — прошипел он. — Ты мне двух ребят положила. Так вы будете слушаться? — Он вновь поднял кулак.
— Я готова. — Анна накинула на себя какой-то балахон.
— Выводите, — приказал темноволосый.
— А как она? — Анна Дубрава обернулась к Лене.
— Если, сударыня, вы сейчас же не покинете помещение, я ее убью. Это я вам обещаю совершенно точно.
Анна Дубрава направилась к двери, с удивлением глянула на два трупа, как во сне спустилась по лестнице и вышла из парадной. К самым дверям был подогнан милицейский фургон.
Лена, не в силах пошевелиться, молча смотрела, как темноволосый одевает какие-то странные перчатки с шипами. Он приложил обе руки к ее вискам и провел сверху вниз:
— Это тебе за моих ребят!
И еще раз правой, сверху вниз — ото лба к подбородку.
— А это от него!
Но Лена уже ничего не слышала.
