Шумно раздувая ноздри, жеребец вынес их на тракт, оставив уродливую тварь далеко позади. Бастиан с трудом развернул коня, который вознамерился было поскакать в сторону замка, и слегка натянул поводья, сдерживая взятый Огнеглазом бешеный темп: неповоротливому чудовищу их было уже не догнать.
Через некоторое время успокоившийся жеребец позволил уговорить себя пойти рысью, и герцог снова уселся в седле прямо — он больше не опасался, что Киара слетит на землю. Та что-то проворчала себе под нос и поправила на плечах рюкзак, подхваченный в самый последний момент.
— Весело у вас тут, смотрю, — обернулась к нему девушка, — без охраны в лесу не погуляешь. За грибами, поди, целым отрядом выезжаете?
Герцог хмыкнул, уловив в ее голосе нотку сарказма.
— У вас не так? Поспокойнее в лесах-то?
Он и сам прекрасно знал о том, что леса Зеленой Территории — настоящий рай по сравнению с его владениями. Осведомители рассказывали ему даже о детях, которые в одиночку и без опаски ходили лесными тропками, по крайней мере, при свете дня. В Алом Лесу безоружному и днем находиться было опасно, не говоря уже о ночи.
— Наш лес — друг нам, — просто ответила Киара, — а ваш вам, думается мне, смертельный враг. Что это за чудо-то было в кустах? Зачем дохлой башкой трясло?
— Мозгоедка, — пояснил герцог, — приманивает потенциальную добычу кусками мяса предыдущей жертвы. На людей она вообще-то охотится редко, поэтому и не в курсе, что мы не питаемся кроличьими головами. Наверное, приняла нас за плотоядных обезьян.
— А чем она приманила того кролика, интересно знать? — осведомилась девушка. — Гигантской морковкой?
Наверное, она пошутила, подумал герцог — но в чем суть шутки, он не понял.
— Почему морковкой, мясом, как обычно. Гигантские кролики — это падальщики, они пожирают трупы.
— Нет, ну а если она охотится на кого-нибудь травоядного? — не отставала Киара.
— На травоядных животных здесь почти никто не охотится, — терпеливо объяснял Бастиан, — их мясо, как правило, ядовито, из-за поедаемых лесных растений. Тем более, что в Алом Лесу намного больше хищных видов.
— Ну и дела, — проворчала девушка, — кролики — трупоеды, травоядные — ядовиты; а еще хищники, куда ни плюнь. Как здесь вообще люди живут, в лесу-то?
— Увидишь лесную деревню — поймешь, — ответил Бастиан.
Он чуть подстегнул Огнеглаза поводьями, переводя жеребца в галоп. Казалось, тот даже и не замечал дополнительного веса его пленницы, поэтому пошел легко и свободно, очевидно радуясь возможности как следует поразмяться.
Девушка напряглась, снова вцепившись в конскую гриву. Наверное, тряска беспокоила больную ногу, но постоянно двигаться рысью они все равно не могли. Потерпит, решил герцог: если совсем невмоготу станет, можно будет немного отдохнуть. Все лучше, чем попасть на обед к мозгоедке или нарваться на солдат из Кровавого Копья.
Наверное, добраться до столицы до наступления темноты все равно не получится — поэтому пару часов им придется ехать по вечернему лесу. Хорошо было бы, конечно, встретить по дороге патруль; с другой стороны, Бастиан хотел как можно больше выспросить у девушки еще до того, как она узнает, кто он такой.
Какое-то время они скакали молча. Впереди показалась движущаяся навстречу цепочка крестьянских телег, каждую из которых сопровождал вооруженный до зубов конный солдат. Бастиан подстегнул Огнеглаза, и они пронеслись мимо прежде, чем кто-либо из простолюдинов успел опознать его коня.
«Если они едут в Коготь», — подумалось герцогу, — «то их ожидает сюрприз».
— Послушай, Киара, — обратился он к девушке, — я отвезу тебя в нашу столицу, Пламенную Скалу. Лекаря здесь найдешь далеко не в каждой деревне, не говоря уже о тех, кто действительно на что-то способен. А в городе у меня есть особняк и знакомый врач — спрячем тебя там, пока не подживет нога.
В принципе, это была почти чистая правда.
— Ладно, — отозвалась Киара, — в столицу, так в столицу. Но не забудь, потом ты меня отпустишь, как обещал.
— Конечно, — покривил душой Бастиан, — ты свое дело сделала, теперь очередь за нами. Можешь возвращаться обратно, к своим вождям. Кстати, ты далеко отсюда
Девушка помолчала, затем нехотя пробормотала себе под нос:
— Далеко, да. Пешком не добраться. Так что мне лошадь потом понадобится, хорошо?
— Коня ты получишь, само собой, — ответил герцог.
Он уже почти решил для себя, что рано или поздно отпустит эту девушку. Судить ее за покушение на убийство Бастиан не собирался, навечно лишать свободы, держа при себе пленницей — тоже. Однако сперва герцог хотел выудить из девчонки как можно больше сведений: в первую очередь его волновали мотивы, побудившие вождей возжелать его смерти именно сейчас. Знали они о подготавливаемом им массовом
Не менее интересной была также возможная связь клановых вождей с покойным Аларисом.
