Открыв дверь в комнату, я первым делом посмотрел все ли в порядке с Фиори, и замер на полушаге. Вскочившая при звуке поворачивающегося в замке ключа девочка прижалась к стене, судорожно сжимая в кулаках первые попавшиеся цвета, и напряженно ждала, кто войдет в номер. При виде меня ее лицо сразу посветлело, не скрывая радости, она отбросила цвета и неуверенно шагнула с кровати.
— Все в порядке, — успокаивающе произнес я, — все хорошо.
— Я думала, что ты ушел, — опустив глаза, всхлипнула девочка.
— Мне нужно было кое–что сделать, — сказал я, направляясь к столу. — Сейчас принесут ужин, так что приведи себя в порядок.
К тому времени, когда слуга постучался в дверь, повеселевшая Фиори уже прибрала постель и даже успела вплести себе в волосы лиловую ленточку. Ту самую, что ей дала портниха, у которой мы скрывались после того, как выяснилось, что за нами идет охота. Каким–то образом Фиори сумела сохранить эту ленточку даже во время боя с синей гильдией и последовавшего за этим бегства. Теперь лиловая полоска шелковой ткани украшала ее длинные оранжевые волосы, красиво сочетаясь с синевой крупных, миловидных глаз.
В последний момент я спохватился, что до сих пор не снял защитный барьер на двери, и едва успел сделать это до прихода слуги. Безусловно, ничего страшного с ним бы не случилось, но нам после этого пришлось бы как можно быстрее уезжать из города, пока о произошедшем не узнали гильдии.
Мысленно я обругал себя полным болваном. Мало того, что выдал хозяину гостиницы, что я Мастер, так и сейчас допустил досаднейшую оплошность. Ведь еще в гильдии нас учили, что нужно предусматривать все возможные последствия действий с Подлинными цветами. Это если мы не собираемся прикончить себя и окружающих невнимательно или поспешно сделанным творением. В противном случае, спеши на здоровье.
Не дожидаясь, пока за слугой закроется дверь, Фиори торопливо потянулась к подносу. За обедом она ела мало, к тому же после него уже прошло немало времени. Глядя как проголодавшаяся девочка быстро опустошает чашку с супом, я почувствовал угрызения совести. Ведь это по моей вине, она осталась на пол дня взаперти, без еды и питья. Прогнав эти мысли прочь, я отвернулся и сдвинул свою чашку в сторону. За окном уже окончательно потемнело, слабый свет фонарей едва разгонял тьму.
Пройдет еще несколько недель и наступит осень. Путешествие под дождем, по раскисшим дорогам, покрытым густой грязью, тяжело даже для сильного путника, что уж говорить про мою юную спутницу. Мне и самому–то придется нелегко, но, по крайней мере, я привык отвечать за себя. Последние десять лет немало поспособствовали этому. А заботиться и нести ответственность еще за кого–то…
Тогда, после вероломного предательства красной гильдии, когда я остался единственным выжившим из нашего рода, у меня наконец–то появилась возможность исполнить давнее обещание. «Я никогда не стану Лордом». Я повторял эти слова каждый раз, как сталкивался с отцом. Когда видел слезы на глазах матери, после разговоров с ним, когда он в очередной раз отдавал жестокие приказы и требовал и от меня, и тем более от других беспрекословного повиновения.
Последнее, чего я хотел, это стать таким же бездушным истуканом, одержимым непонятными идеями. И нападение синей гильдии лишь убедило меня, подтвердив, что поведение отца ни к чему хорошему и не могло привести. «Если ты хочешь стать настоящим Лордом, то…», — часто говорил он, и дальше шли очередные поучения. Он полностью следовал своим заветам, и закончилось это громадной дымящейся воронкой, на дне которой невозможно было отыскать ни единой целой вещи, не говоря уже о человеческом теле.
Так, в один миг пропало все, что связывало меня с ненавистным титулом. Хотя нет, не все. Остались верные роду люди. Спаде и другие надежные, верные воины. Лучшие телохранители, которых отец отослал, пока была возможность. Если бы он позволил матери бежать с ними, я бы простил ему все на свете. Но в конном отряде, прорвавшемся сквозь тонкое кольцо воинов и Мастеров синей гильдии, ее не было.
Закончив ужинать, девочка незаметно выскользнула из–за стола и словно мышка юркнула обратно в свою кровать. Усилием воли я прогнал тягостные воспоминания. Столько лет тщетно пытаться забыть эти события, чтобы теперь память вновь преподнесла их в мельчайших подробностях. Только сейчас я заметил, что передо мной стоит полная чашка. Есть совершенно не хотелось, поэтому пришлось упорно заставлять себя доесть до конца.
Завтра нам нужно продолжить путь, оставаться в Альбивио слишком опасно. Здесь достаточно Мастеров, чтобы расправиться с беглецами. На первый взгляд, может показаться, что у нас есть неплохие шансы в схватке с ними, но на самом деле это не так. Будь я полностью обученным, опытным Мастером, а Фиори — лет на семь постарше, может быть мы бы и смогли одолеть десятерых гильдейцев. А сейчас, хорошо, если у девочки хватит сил на одного противника, а про меня можно вообще не вспоминать.
