У него осталось лишь пять ос, две вернувшиеся и три не участвовавшие в бою. Неплохие защитники, особенно на открытом месте, где у них больше пространства для маневра. Вновь отправлять их в атаку Мастер не стал, а вытащил из кармана еще один кристалл. Освободившиеся цвета поднялись вверх, быстро набухая и наливаясь яркими красками.
При виде этого зрелища я понял, что шутки кончились. Над нами завершалась Небесная Кара, одно из самых смертоносных творений желтой гильдии. Я даже не пытался ее разрушить, не зная уязвимых точек, это было невозможно. А, где они располагаются у этого творения, нам в школе гильдии не рассказывали. В книгах же это не описывалось и подавно, боевые творения — главная тайна любой гильдии. Ведь если подобные сведения попадут в руки врагам, то они получат громадное преимущество в сражениях.
Темное зловещее облако, состоящее из перетекающих друг в друга полос фиолетового и синего, нависло над нашими головами. К счастью, ему требовалось некоторое время, чтобы приготовиться к удару. И лучше бы до этого не доводить, иначе ослепительная желто белая вспышка озарит чистый небосклон, редкий лесок, овраг, и от нас останется только кучка пепла. До удара было еще от силы две — три минуты, а потом…, уже не будет никакого потом.
Поймав тревожный взгляд Фиори, я неожиданно для самого себя подмигнул девочке. Ей точно не стоит знать всей правды, хотя, если она не глупая, сообразит, что к чему.
— Тебе что–нибудь известно о Небесной Каре? — спросил я на всякий случай девочку.
— Вроде нет.
Жаль, я надеялся, что синие успели рассказать Фиори про большую часть боевых творений. Значит, остался один единственный способ победить — выйти из–под защиты вихря и попытаться достать Мастера клинком. Если только лучники дадут мне такую возможность, а он не успеет метнуть в меня что–то смертоносное.
В карманах моего плаща завалялось целых три защитных кристалла. Один я вручил Фиори, хотя особого смысла в этом не было. В одиночку, отбиваясь сразу от нескольких противников, ей не продержаться и пяти минут. Прочие же кристаллы я распечатал, и вокруг меня сразу запылали тонкие завесы красного и багряного. А теперь вперед!
Вихрь встретил меня острым песчаным крошевом и зноем, словно я очутился посреди пустыни в самый разгар бури. Хорошо, что Фиори догадалась немного замедлить его движение. При виде меня, выходящего из вихря, Мастер не смог скрыть изумления. На какой–то миг он растерялся, и это сыграло мне на руку. Когда он сообразил, что происходит, я успел пройти половину разделявшего нас расстояния.
Ни одна стрела не вылетела из кустов, словно наемники уснули или сбежали. Неужели они все–таки струсили или…? На мой вопрос ответила тонкая стрела с длинным желтым оперением, ударившая мне в спину. И хотя первую завесу она не преодолела, но защитное творение серьезно пострадало. Хорошо, что наемники все же опасаются стрелять в открытую, чтобы не обнаружить свое положение. Тут же осы, мирно висевшие над головой Мастера, хищно загудели и ринулись ко мне.
На этот раз я не стал устраивать долгих танцев, у меня не было лишнего времени. Прыжок вправо, кувырок вперед, два выпада, и метнуть широким веером осколки красного. Одна оса сразу лишилась крыла, другая осталась без жала. Уцелевшие прыснули в разные стороны, спасаясь от пылающих сгустков. А я приблизился еще на несколько шагов к врагу. Мастер замер, завороженно глядя на сияние, исходящее от кинжала. Лезвие почти касалось желтой защитной завесы, кажется, лишь надави и лопнет.
Напрасно я забыл про наемников, стоило мне остановиться, как в меня полетели еще три стрелы. От одной мне чудом удалось отклониться, а вот две окончательно разрушили первую из двух моих защит, Ладно, она все равно была не особо сильная, хорошо, что выдержала целых три удара.
Но за это время Мастер успел прийти в себя. Сплести сложное творение или вытащить его из кристалла он уже не успевал. Зато поблизости с лихвой хватало небольших кусочков самых разных цветов. Несколько ослепительных желтых осколков, пара фиолетовых полос, голубые нити заставили всколыхнуться мою защиту. Красная завеса пошла складками, но выдержала, а затем я все–таки дотянулся до врага.
Окружавшее его желтое сияние дрогнуло, когда клинок начал вспарывать один слой за другим. Взвились рассеченные, разорванные нити, закружились, будто паутинки на ветру. Бросив тщетные попытки навредить мне, Мастер сосредоточился на латании дыр и щелей, беспрестанно возникающих вокруг пробивающегося сквозь завесу лезвия.
Я прищурился, настолько сильно ослепляло сияние, и напрягся, наваливаясь на рукоять кинжала. Сейчас или никогда, второй удар мне не нанести. Почти сформировавшееся облако Небесной Кары испепелит меня в доли секунды, если Мастер уцелеет.
