Завернув вместе с мрачно трюхающим Недобором в разрисованную багровыми звёздами таверну, он с легким вскриком от боли в суставах вскочил на стол, пронёсся по нему — тогда как Недобор, следуя за героем шаг в шаг, пробежал, не пригибаясь, снизу, — спрыгнул на другом конце, пинками проложил дорогу через кухню и вылетел в очередной переулок.
Они ещё несколько раз свернули за угол и свалились в каком-то дверном проёме. Коэн вцепился в стену и с шипением втягивал в себя воздух, пока у него перед глазами не перестали плясать синие и пурпурные огоньки.
— Ну, — пропыхтел он, — что ты урвал?
— Э-э, солонку, — признался Недобор.
— Чего-чего?
— Мне ведь пришлось бежать
Коэн с презрением посмотрел на небольшую дыню, которую успел подцепить на меч, пока пробегал через таверну.
— Наверное, они здесь очень жесткие, — сказал он, вгрызаясь в корку.
— Посолить не хочешь? — предложил гном.
Коэн ничего не ответил. Он просто стоял, держа дыню в руках и разинув рот.
Недобор оглянулся. Тупик, в котором они очутились, был пуст, если не считать старого сундука, который кто-то забыл у одной из стен.
Коэн смотрел на сундук. Он не глядя сунул дыню гному, вышел на солнечный свет и, сопровождаемый взглядом Недобора, крадучись — насколько это возможно с суставами, которые скрипят, как судно, идущее под всеми парусами, — обошёл сундук кругом. Очень осторожно, словно опасаясь, что тот может взорваться, Коэн ткнул сундук мечом.
— Это просто ящик, — крикнул гном. — Что в нём такого особенного?
Коэн не отозвался. С превеликим трудом он опустился на корточки и пристально вгляделся в замок на крышке.
— Что там? — поинтересовался Недобор.
— Тебе незачем это знать, — ответил Коэн. — Пожалуйста, помоги мне подняться.
— Да, но ящик…
— Ящик, — повторил Коэн, — этот ящик…
Он неопределённо махнул рукой.
— Продолговатый?
— Фантасмагорический, — загадочно выразился Коэн.
— Фантасмагорический?
— Угу.
— О-о, — протянул гном.
Пару минут они стояли и смотрели на сундук.
— Коэн?
— Да?
— А что значит «фантасмагорический»?
— Ну, «фантасмагорический» — это… — Коэн замолчал и раздраженно посмотрел вниз. — Попробуй его пнуть, сам поймешь.
Подкованный железом каблук гномьего сапога врезался в стенку сундука. Коэн содрогнулся. Ничего не произошло.
— Ясно, — сказал гном. — «Фантасмагорический» значит «деревянный».
— Нет, — ответил Коэн. — Он… он не должен был так реагировать.
— Ясно, — повторил Недобор, который ничего не понял. Не надо было Коэну торчать под палящим солнцем с непокрытой головой… — Думаешь, он должен был убежать?
— Да. Или откусить тебе ногу.
— А-а, — отозвался гном и мягко взял Коэна за руку. — Пойдём. Там тенёчек, там хорошо. Ты отдохнешь и…
Коэн стряхнул его ладонь.
— Он смотрит на эту стену. Слушай, именно поэтому он нас не замечает. Он пялится на стенку.
— Да, разумеется, — успокаивающе подхватил Недобор. — Он смотрит на стену своими маленькими глазками и…
— Не будь идиотом, нет у него никаких глаз, — рявкнул Коэн.
— Извини, извини, — торопливо пробормотал Недобор. — Он смотрит на стену, не имея глаз, извини.
— Мне кажется, он чем-то обеспокоен, — заметил Коэн.
— Ну ещё бы, — отозвался Недобор. — Полагаю, он просто хочет, чтобы мы убрались и оставили его в покое.
— По-моему, он сильно озадачен, — добавил Коэн.
— Да, он выглядит озадаченным, — согласился гном.
Коэн бросил на него свирепый взгляд.
— Тебе-то откуда знать? — зарычал он.
Недобору пришло в голову, что они самым несправедливым образом поменялись ролями. Он перевёл взгляд с героя на сундук. Его рот то открывался, то закрывался.
— А ты откуда знаешь?
Но Коэн его не слышал. Он сидел перед сундуком — если принять доску с замочной скважиной за перед — и смотрел на него не отрывая глаз. Недобор попятился. «Чудно, — отметило его сознание, — но эта проклятая штуковина действительно смотрит на меня».
— Ладно, — проговорил Коэн, — я понимаю, мы с тобой не сходимся во взглядах, но и ты и я ищем тех, кто нам дорог. Согласен?
— Я… — начал было Недобор, но осознал, что Коэн разговаривает с сундуком.
— Ну и куда они подевались?
На глазах пораженного ужасом гнома Сундук выпустил маленькие ножки, весь подобрался и с разбегу бросился на ближайшую стену. Во все стороны брызнули глиняные кирпичи и пыльная известка.
Коэн заглянул в дыру. С другой стороны стены оказалась маленькая неприбранная кладовка. Сундук стоял посреди неё, и весь его вид излучал крайнюю озадаченность.
— Лавка! — воскликнул Двацветок.
— Здесь есть кто? — позвала Бетан.
— Аг-ха, — высказался Ринсвинд.
— Думаю, следует посадить его куда-нибудь и дать стакан воды, — сказал Двацветок. — Если таковой здесь имеется.
— Здесь имеется всё остальное, — заметила Бетан.
Комната была заполнена полками, а полки были забиты самыми разнообразными предметами. То, что не поместилось на полках, пучками свисало с тёмного, утопающего в тени потолка. Всевозможнейшие товары высыпались из коробок и мешков на пол.
Снаружи не было слышно ни звука. Бетан оглянулась вокруг и обнаружила причину.
— Никогда не видел столько всякой всячины сразу, — объявил Двацветок.
